?

Log in

No account? Create an account
Voikov

voiks


Войковский журнал

"И на обломках самовластья напишут наши имена!"


Previous Entry Share Next Entry
Дободался теленок с агитпропом
Voikov
voiks
V-logo-inopressa_ru
3 апреля 2008 г. | Анна Зафесова | La Stampa
Солженицын против Киева: "Они фальсифицируют историю"
Anna Zafesova~fotoferrua_400x400
Предметом дискуссии стало не только будущее Украины, которая хочет отделиться от России, чтобы двигаться в направлении Запада. Предметом спора становится и прошлое новой европейской страны, и свое мнение высказывает исключительный собеседник, Александр Солженицын, выступающий с разъяснениями по поводу того, что украинцы считают величайшей трагедией ХХ века, голод в 30-е годы, ужасный "голодомор", дословно - "смерть от голода", жертвами которого в некогда богатейших украинских деревнях стали миллионы людей. Лауреат Нобелевской премии по литературе - в декабре ему исполнится 90 лет, он уже довольно давно живет затворником на своей даче в пригороде Москвы, не только потому, что не испытывает большого желания появляться на публике, но и потому, что серьезно болен - в своей статье "Поссорить родные народы?", опубликованной в "Известиях", резко выступил против утверждения Киева, что Голодомор является "геноцидом украинцев". "Такой провокаторский вскрик о "геноциде" стал зарождаться десятилетиями спустя - сперва потаенно, в затхлых шовинистических умах, злобно настроенных против "москалей", - а вот теперь взнесся и в государственные круги нынешней Украины, стало быть, перехлестнувшие и лихие заверты большевицкого Агитпропа". Писатель обвиняет украинцев в том, что они обратились к этому "историческому ревизионизму", чтобы завоевать расположение западных стран: "Да для западных ушей такая лютая подтравка пройдет легче всего, они в нашу историю никогда и не вникали, им - подай готовую басню, хоть и обезумелую".

Анна Зафесова~carnegie_ru
Явная атака на украинского президента Виктора Ющенко, который утверждает - вместе с многочисленными представителями интеллигенции и историками - что Голодомор равноценен украинскому Холокосту, голод, организованный сборщиками зерна по приказу Сталина, чтобы усмирить самый богатый и плодородный регион СССР, заставить крестьян, которые веками создавали "житницу Европы", прийти со склоненной головой в колхозы. Насильственная коллективизация в деревнях завершилась в 1930-х, сотни тысяч "кулаков" - зажиточных крестьян, использовавших наемный труд батраков, согласно коммунистической терминологии, но очень часто речь шла о тех, кто не хотел работать в коммуне - были отправлены в Сибирь или уничтожены. В результате в 1932-1933 годах умерли миллионы крестьян, у которых власти экспроприировали зерно. Точное число жертв пока не установлено, но речь идет о 3-10 миллионах. Именно тогда появилось выражение - "коммунисты едят детей": случаи каннибализма происходили повсеместно, матери разделывали на куски тела своих умерших детей, чтобы спасти оставшихся в живых членов семьи, и вдоль дорог лежали умирающие от голода люди, походившие на скелеты, и прохожие равнодушно проходили мимо.
Анна Зафесова~газета_ru
Эта трагедия десятилетиями оставалась тайной, но несколько дней назад парламент Киева объявил Голодомор актом геноцида. Президент Ющенко выступал за принятие закона для наказания тех, кто отрицает этот украинский Холокост. По мнению Солженицына, националиста и антикоммуниста, это абсурд: "Великий Голод" - это не преступление русских против украинцев, а преступление коммунизма, жертвами которого стали как первые, так и вторые (в компартийных верхушках "заседало немало и украинцев"): еще раньше голод потряс Урал, Поволжье и многие другие районы. Иными словами: у нас общее прошлое, нет никакого смысла в том, что вы пытаетесь изобрести будущее, где нас не будет.

Оригинал: www.inopressa.ru
 



V-logo-inosmi_ru
The Boston Globe, США | 06.08.2008 | Кейти Янг (Cathy Young)
Запятнанное наследие Солженицына

Когда я впервые услышала об Александре Солженицыне во времена моего детства в Советском Союзе, он был автором запрещенных книг, которого осыпала бранью официальная власть. Для моих не любивших коммунизм родителей и их друзей он был героем, бросившим вызов громадной машине советского государства, и говорившим правду о его преступлениях. Сегодня, почти 20 лет спустя после падения коммунизма, скончавшегося в воскресенье на 90-м году жизни Солженицына вспоминают с восхищением во всем мире и в его собственной стране. Однако его наследие как общественного деятеля гораздо более сложное.
V-logo-bostonglobe_com
К началу 80-х Солженицын, которого в 1974 году выдворили из Советского Союза, осел в Соединенных Штатах и начал бороться не только с коммунистическим режимом, но и с другими диссидентами, которые были слишком прозападными, слишком либеральными и слишком активно поддерживали индивидуализм и плюрализм. У России, утверждал Солженицын, свой собственный путь, корни которого лежат в ее национальной самобытности, традиционной вере и общности, а не в правах личности и светской демократии.

Несколько лет спустя дебаты между приверженцами различных концепций посткоммунистического устройства России внезапно перестали носить чисто теоретический характер. В 1990 году в Советском Союзе большим тиражом была опубликована статья Солженицына 'Как нам обустроить Россию'. В 1994-м он вернулся на Родину, и его приветствовали как героя. Солженицын, резко критиковавший политику Бориса Ельцина, в 1998 году отказался от государственной награды, заявив, что не может принять ее от 'государства, которое довело страну до нынешнего состояния разрухи'.

В прошлом году он принял Государственную премию России из рук Владимира Путина.
20080806-Solzhenitsyn's tarnished legacy
Было очень странно наблюдать за тем, как летописец ГУЛага Солженицын беседует с кадровым офицером КГБ Путиным. Месяцем позже, давая интервью немецкому журналу Spiegel, Солженицын объяснил, что Путин 'не был следователем КГБ и не руководил лагерем в ГУЛаге'. Он был офицером внешней разведки, а это уважаемая профессия во многих странах. Но в каком бы подразделении Путин ни работал, он служил в той самой организации, которая охотилась на диссидентов и отправляла людей в тюрьмы ГУЛага. А после прихода к власти этот человек постарался сделать так, чтобы КГБ и его организации-предшественники заняли почетное место в российской истории и в обществе. Но Солженицын не обратил на это никакого внимания.

В том же интервью Солженицын открыто отказался осудить путинское заявление о том, что России не следует зацикливаться на ужасах сталинского прошлого. Вместо этого писатель пожаловался, что Запад и бывшие советские сателлиты из числа стран восточного блока используют зверства и ужасы сталинской эпохи в качестве нравственной дубинки, которой они колошматят Россию.

Путинская Россия вряд ли могла соответствовать идеалам Солженицына. Ее безудержное потребительское общество и низкопробная поп-культура во многом превзошли ту западную меркантильность, которую осуждал писатель. Однако Солженицыну был явно по душе путинский авторитарный режим с его упором на национальное единство, с его связями с Русской Православной Церковью и напористостью во внешней политике.

Таков печальный парадокс последних лет жизни Солженицына. Человек, который когда-то писал советским лидерам письма с требованием запретить цензуру, не стал выступать против ее возрождения. Человек, который использовал средства от полученной Нобелевской премии для создания фонда по оказанию помощи политзаключенным, хранил молчание по поводу новых политических заключенных путинского режима. У человека, выдвинувшего лозунг 'Жить не по лжи', были вполне комфортные взаимоотношения с государством, которое фальсифицировало выборы и наполняло средства массовой информации большой и малой ложью. Человек, который когда-то призывал Запад к 'более активному вмешательству в наши внутренние дела', присоединился к общему хору антизападного агитпропа.

В своей последней статье, которая была опубликована в апреле на страницах газеты 'Известия', он назвал антироссийскими попытки правительства Украины объявить геноцидом организованный государством в 1932-1933 годах массовый голод. Солженицын пожаловался в этой статье: 'Да для западных ушей такая лютая подтравка пройдет легче всего, они в нашу историю никогда и не вникали, им подай готовую басню, хоть и обезумелую'.

Вклад Солженицына в разрушение коммунистического тоталитаризма никогда не будет забыт. Но фактически благословив возрождающуюся диктатуру, которая свернула многие с большим трудом завоеванные свободы, Солженицын, обладавший моральным правом говорить и оказывать воздействие на умы, несомненно, запятнал этот вклад.

В своем выступлении в связи с вручением Нобелевской премии в 1974 году Солженицын заявил, что 'одно слово правды весь мир перетянет'. В 20-м веке Солженицын говорил эти слова правды, когда это было нужно. В веке 21-м он этого делать не стал.

Кейти Янг - пишущий редактор журнала Reason.
___________

- Прощание с Солженицыным: почтение, но никакого массового горя ("The International Herald Tribune", США)
- Солженицын: нелюбимый пророк в России и неудобный гость на Западе ("The Financial Times", Великобритания)
- Принципы ГУЛага все еще актуальны ("The Independent", Великобритания)
- Сильнее, чем ГУЛаг ("The Washington Post", США)

Оригинал публикации: Solzhenitsyn's tarnished legacy

Оригинал: inosmi.ru



См. также:

- 02.04.2008 09:39 Поссорить родные народы?? // «Известия»

02.04.2008 Солженицын: Голодомор не был геноцидом
- 02.04.2008 Солженицын: Голодомор не был геноцидом // graniru.org
     Писатель Александр Солженицын осудил признание голодомора начала 1930-х годов геноцидом украинского народа. В статье, опубликованной в среду в "Известиях", он сравнил политику Украины с действиями "большевицкого Агитпропа".
     "В 1932-33 годах, при... Великом Голоде на Украине и Кубани, компартийная верхушка (где заседало немало и украинцев) обошлась... молчанием и сокрытием, - пишет Солженицын. - И никто же не догадался надоумить яростных активистов ВКП(б) и комсомола, что это идет плановое уничтожение именно украинцев. Такой провокаторский вскрик о "геноциде" стал зарождаться десятилетиями спустя - сперва потаенно, в затхлых шовинистических умах, злобно настроенных против "москалей", - а вот теперь взнесся и в государственные круги нынешней Украины".
     В среду Госдума рассмотрит проект заявления в память жертв голода 1930-х годов на территории СССР, передает ИТАР-ТАСС. В документе подчеркивается, что нет "никаких исторических свидетельств, что голод организовывался по этническому признаку". Парламентарии, в частности, с сожалением смотрят на попытки "переиначить суть событий 75-летней давности в конъюнктурных, сомнительных целях".


03.04.2008 Голодоморальный спор
- 03.04.2008 Илья Мильштейн. Голодоморальный спор // graniru.org
     Александр Исаевич Солженицын прав: "геноцид" в диалоге между Москвой и Киевом – это сегодня чистое политиканство. Агитпроп. И когда министр иностранных дел Украины Борис Тарасюк упрекал Россию в том, что она отказывается брать на себя ответственность за преступления, которые совершала страна, правопреемницей которой является, картинка обретала завершенность. Москали изводили нас голодом, а теперь не желают каяться. Это взгляд, равно противоречащий исторической правде, международным законам и здравому смыслу.
     Сталин был интернационалистом: он жрал людей, совершенно не интересуясь их расовыми признаками. Террор развивался в соответствии с законом больших чисел. Поэтому русских он убил еще больше, чем украинцев или казахов, – в рамках той же коллективизации, которой чуть позже, слегка насытившись кровью, посвятил критический авторский комментарий под названием "Головокружение от успехов". Чем принципиально отличался от Гитлера, занимавшегося планомерным истреблением евреев и цыган, а также порабощением унтерменшей, то есть тех же славян.
     Людоедством промышляли оба. Однако нюрнбергские законы подпадают под определение "геноцид", а сталинские беззакония – не подпадают. Либо надо менять признанные юридические нормы, либо признавать, что искусственный голод был чудовищным, но другим преступлением, за которое тоже следует судить в международном трибунале. Но по иным статьям.
     Между тем все очень серьезно. Тема "геноцида" отравляла и будет отравлять отношения между Россией и Украиной. Можно ли было этого избежать? Думаю, что да. Ведь поначалу, едва за украинский национализм перестали сажать, была просто ожившая боль о безвинно погибших, национальная травма без примеси политики. Предмет для исторических изысканий и музеев памяти. У ельцинской России случались конфликты с Украиной Кравчука и Кучмы, но до такого никогда не доходило. Никто из украинских политиков первого ряда не называл Россию правопреемником сталинских преступлений. Она просто не была похожа на правопреемника. Разве что в Чечне.
     Правда, свою "крымскую войну" московский мэр начал уже тогда, при Ельцине. Правда, Солженицын, еще при Горбачеве обустраивая Россию, с яростью подлинного миротворца объяснял украинцам, кому принадлежат и Крым, и Донбасс. Но это были лишь автопортреты на фоне необузданной российской свободы слова. Это не было генеральной партийной линией.
     Черты далекого, но уже зримого сходства обозначились лишь в ХХI веке. Произрастали они тоже из боли. Фантомной имперской боли президента Путина, назвавшего развал СССР главной геополитической трагедией минувшего столетия.
     В этой фразе помимо глупости (две мировых войны были все-таки поглавней) содержалась и бестактность. Великое счастье свободы литовцам с поляками и венграм с украинцами предложено было считать трагедией. За словами последовали дела.
     Если брать только Украину, то речь шла о наглом вмешательстве Кремля в чужую незалежность. Имею в виду не только пропагандистские десанты 2004 года, бесконечные путинские визиты и поздравления Януковичу. Скорее стоит говорить о психологии оккупанта, воцарившейся в мозгах новейших российских элит.
     Тогда, в середине нулевых, все стало политикой. Цены на энергоносители. Разборки в треугольнике Запад-Киев-Москва. Исторические сюжеты. И удивляться в итоге надо не тому, что украинская власть вспомнила о голодоморе, а тому, что все эти, мягко говоря, дискуссии слабо отразились на отношениях между народами двух стран. По-видимому, они и впрямь братские, если ненависть, кипящая в политической среде, почти незаметна в общении между людьми обычными. И если украинцы сегодня в большинстве своем против вступления в НАТО.
     Тем не менее они голосуют за тех, кто потом вносит в Раду закон о геноциде. За тех, кто считает Путина правопреемником лучшего друга украинских крестьян. За тех, кто ведет государство в Североатлантический альянс. За тех, кто видит в России недруга, готового избывать свои личные геополитические трагедии чуть ли не по методике 30-х годов проклятого века. А если сегодня еще не решается, то по слабости, а не по доброте душевной.
     ...И только в одном, по-моему, Александр Исаевич не прав. Напрасно он обвиняет Запад в невежестве и простодушии: мол, "они в нашу историю никогда и не вникали, им – подай готовую басню, хоть и обезумелую". Вникали. А юридические нормы, позволяющие отличать геноцид от других злодеяний, вообще прописаны на Западе. Просто им ни к чему сегодня вмешиваться в полемику, развернувшуюся на Востоке. Это спор славян между собою.


20080404-Дободался теленок с агитпропом.
- 04.04.2008 Никита Соколов. Дободался теленок с агитпропом // graniru.org stengazeta.net Скриншот
     Александр Солженицын обрушился вдруг с гневной филиппикой на украинского президента Виктора Ющенко, стремящегося добиться, чтобы мировое сообщество признало страшный голод 1932-1933 годов геноцидом.
     Возможно, намерения украинского президента и не вполне бескорыстно-целомудренны. Возможно, он и преследует попутно какие-то свои партийно-политические цели. Бог с ним. Но странно русскому писателю, особенно пекущемуся о сохранении дружбы народов, не знать, что особенности сталинского голодоморного "менеджмента" на Украине и Кубани (тогда также по преимуществу населенной украинцами) дают по крайней мере веские основания для постановки вопроса о геноциде.
     Еще страннее и даже вовсе дико видеть, как автор "ГУЛАГа" печется об интересах советских карателей. Ведь единственным практическим следствием признания голодомора геноцидом будет отмена срока давности для лиц, причастных к этому преступлению. И хотя бы и после кончины виновных их деяниям будет дана юридическая оценка. Коротко говоря, современная Украина имеет все шансы сделаться преуспевающей свободной европейской страной именно благодаря тому, что память о голодоморе исключает возможность представить публике преступную сталинскую клику компанией "эффективных менеджеров". К чему явно ведут Россию нынешние ее властители, ведущие свою родословную от ведомства Дзержинского-Берии.
     И в этом смысле чрезвычайно характерно, как Александра Исаевича по этому частному поводу занесло гораздо далее заявленной цели.
     Завершается его обличение такой мажорной кодой:
     "...провокаторский вскрик о "геноциде" стал зарождаться десятилетиями спустя - сперва потаенно, в затхлых шовинистических умах, злобно настроенных против "москалей", - а вот теперь взнесся и в государственные круги нынешней Украины, стало быть, перехлестнувшие и лихие заверты большевицкого Агитпропа?? Да для западных ушей такая лютая подтравка пройдет легче всего, они в нашу историю никогда и не вникали, им - подай готовую басню, хоть и обезумелую".
     Пассаж не просто "лихо завертный", но грубо лживый.
     Разумеется, ни в какой украинской государственной пропаганде по случаю голодомора о "злобных москалях" не обрящется ни слова. За писания ушибленных маргиналов и прямых параноиков власти украинские отвечать не могут. Но более того, всякий, кому случится видеть день поминовения жертв голодомора (а мне как раз случилось в прошлом году в эти дни быть в Киеве), засвидетельствует совершенное отсутствие агрессивно-националистических тонов и в уличной толпе.
     Но гораздо опаснее другая ложь, менее очевидная. Я имею в виду поклеп на "западные уши". Любой хоть сколько-нибудь дорожащий своей репутацией отечественный историк старше сорока должен будет признать, что строго корректное исследование "непарадных" страниц российской истории в советское время только в западной литературе и можно было найти. К "непарадному" же относилось очень многое. Даже в перестроечном 1986-м моему научному руководителю немало попортили крови, прежде чем удалось ему протолкнуть в ученом совете тему, в названии которой фигурировал "голод 1891 года", а единственным фундаментальным ученым трудом об этом голоде и по сей день остается книга Ричарда Робинса - из Колумбийского, заметьте, университета, а никак не Тамбовского. И самую основательную историю коллективизации написал за нас Роберт Конквест, и его "Жатву скорби" пришлось переводить с английского. И год назад, составляя номер "Отечественных записок" о российско-украинских делах, так и не смогли мы всей редакцией сыскать ничего достоверного о голоде у российских писателей - пришлось переводить с французского статью итальянского историка Андреа Грациози.
     За перестроечное время мало было сделано, чтоб эту страшную инерцию переломить, а ныне и вовсе пошло дело на попятный. И властный призыв был встречен с полным пониманием, поскольку нынешние администраторы российской исторической науки в приснопамятные советские годы писали по большей части «ученые» труды по части "Критики буржуазных фальсификаций деятельности КПСС среди женщин" (вовсе не шутка, а подлинный титул "Автореф. дис. канд. ист. наук. - М., 1980)
     Подлинно "...у того и наберешься". Бодаясь непрестанно с советским агитпропом, Александр Солженицын, кажется, усвоил его приемчики. Это бы еще полбеды. Но надобно иметь в виду, что народы сами собой не ссорятся. А вот когда вместо спокойного и честного разговора о прошлых грехах начинается артиллерийская дуэль обезумелых агитпропов, тут уж точно у народов чубы трещат.