?

Log in

No account? Create an account
Voikov

voiks


Войковский журнал

"И на обломках самовластья напишут наши имена!"


Previous Entry Share Next Entry
Разведопрос: Игорь Пыхалов про книгу "Сталин без лжи" (2/2)
Voikov
voiks
Часть-1 Часть-2
20160410-10-53-Разведопрос- Игорь Пыхалов про книгу 'Сталин без лжи'-v2-news
10.04.16 10:53 | Goblin

Окончание.

Д.Ю. И больше скажу, как известно, дети кулаков все пострадали, и внуки кулаков все пострадали со страшной силой – поскольку родитель был кулак, то все пути для тебя были закрыты. У нас был такой выдающийся персонаж – Борис Николаевич Ельцин, кулацкий сын, который почему-то и образование получил и, что характерно, в коммунистическую партию вступил, сначала ей верно служил, потом, правда, все идеалы предал и продал, но вот как-то так кулацкий сын до самых верхов добрался и России еще так подсуропил, как следует

Игорь Пыхалов. По поводу кулацких детей с ними вопрос интересный. Дело в том, что кулацкие дети, они изначально считались свободными. И тут у нас довольно интересные нормы были с этими поселенцами (кстати, потом эти же нормы применялись для ссыльных народов). При создании смешанных семей, считалось по мужчине. Если ссыльный кулак женился на свободной, она становилась спецпоселенкой, но зато, если ссыльная кулачка выходила замуж за свободного, она – все, освобождалась. А дети кулаков – считались свободными изначально.

Более того, вскоре после раскулачивания было принято решение, что если дети до 10 лет, и если они имеют родственников по старому месту жительства, их можно из ссылки вернуть. И кстати говоря этим возвращением воспользовалась часть родичей для того, чтобы просто бежать, за компанию. Это в документах отражено.

Ну а те из кулацких детей, кто остался в местах ссылки, естественно, они получали образование (там имелись и школы и техникумы), они имели возможность выезжать на учебу.

И где-то к концу 1930-ых годов это действительно наблюдается довольно массово. Они получали паспорта, в случае необходимости, как нормальные граждане. И по этому поводу с самого начала были специальные разъяснения, что их на учет не ставят, точнее, на учет ставили только тех, кто отличился как враждебный элемент. А если человек вменяемый, то он свободу получал с совершеннолетием и мог дальше своей судьбой распоряжаться, как ему хочется.

И, завершая кулацкую тему, надо отметить, что как раз к концу 30-ых годов началось массовое освобождение кулацкого контингента и даже взрослого. Их начали понемногу освобождать, но потом началась война, им опять же, разрешили призыв в армию и там действительно, несколько десятков тысяч кулаков были призваны в Красную Армию и более менее прилично воевали.

Опять же, тут интересный момент был – когда началось освобождение, накануне войны, то естественно, что эти люди становились полноправными и, в том числе, должны были подлежать воинской повинности и тут – началась война, их начали призывать в армию. Так вот, часть этих освобожденных кулаков начали обращаться в комендатуру с просьбой, а посадите меня обратно. Естественно, их не сажали, меняли статус – со свободного на трудпоселенца. Дескать, верните меня на учет, а то еще меня в армию призовут.

Были и такие, причем не единичные случаи. Хотя, большинство все-таки оказались патриотами.

Д.Ю. Нормальные люди все-таки, в массе.

Вот закончились репрессии, и массу народа сначала товарищ Берия реабилитировал, потом уже взялись люди, которые Берию убили. А как вообще, в общих словах, проходил и проходит, если он еще проходит? Это действительно, каждого индивидуально рассматривали, что он сделал, был ли он врагом родной страны, хотел ли он зла? Или просто грузовиками пересматривали, как это происходило?

Игорь Пыхалов. Я бы сказал так, если у нас до этого были массовые, как сейчас выражаются, необоснованные репрессии, то сейчас мы наблюдаем столь же массовые и столь же необоснованные реабилитации. Даже еще больше необоснованные.

Что у нас происходит. При Сталине процесс реабилитации шел постоянно. В те времена выносилось довольно много оправдательных приговоров. Для позднего СССР, да и для современной России считается, что каждый оправдательный приговор – это ЧП. И их процент где-то около 1% колеблется.


Видео: youtube.com


Д.Ю. Я могу объяснить, почему это так, как некогда несший службу. Если ты возбуждаешь уголовное дело, то это желательно сразу согласовать с прокуратурой. И это так и происходит: если вы прокурор, а я – следователь, то я несу вам материалы, показываю, есть ли в нем перспективы. Но, как вы понимаете, массе граждан отказывают в возбуждении уголовных дел, под самыми разнообразными предлогами, это никто не считает.

Далее, я как следователь прихожу к вам, как к прокурору, показываю материалы, и мы вдвоем решаем. Прокурор, как правило, гораздо более опытный, видит он перспективы в этом деле или не видит. Если он их не видит, то дело никаких перспектив не имеет и не будет возбуждено. Если оно уже возбуждено и перспектив нет, то следователь так получит по шапке за непрофессиональный подход, зачем ты дело возбуждаешь, если доказать ничего не способен.

Соответственно, когда материалы готовятся как следует процент оправдательных приговоров очень мал. Это не потому что никого не хотят оправдывать, а потому что оно вот так устроено, не так как в США. В США, например, например при задержании граждан совершается масса разнообразных нарушений, как и у нас в общем-то – не те понятые подписали или не понятые, а милиционер сам расписался, после чего дело попадает в суд. Там никто с прокурором не советуется, судья смотрит в дело: здесь нарушено, тут нарушено, это не так, доказательства собраны неправильно – до свидания, людей отпускайте. Не важно – преступники они, не преступники, вы, бараны, ничего не можете правильно оформить, до свидания.

А то, что у нас попадает в суд, каким бы странным ни показалось, оно оформлено в соответствии с требованиями закона. Поэтому это не какая-то злая воля. У нас – вот так.

Игорь Пыхалов. Тем не менее, в сталинском СССР было немного по-другому. Там действительно довольно много дел заканчивалось именно в суде оправдательным приговором. Более того, в массовом процессе могло быть, что часть людей оправдали, часть осудили, такое тоже часто наблюдалось. Такая была система.

Во многом это может быть связано с тем, что кадры правоохранительных органов были довольно безграмотны юридически. И, собственно, было бы странно, если бы было по-другому.

Я даже встречал в литературе описание такого, можно сказать, анекдотического случая, когда у нас в конце 30-ых годов дошли до того, что стали заставлять всех работников прокуратуры получать юридическое образование, до этого не было возможности. Прокурор низкого ранга сдает экзамен и, причем, на нем откровенно «плавает». Вопрос «Что такое юридическое лицо». Преподаватель видя, что слушатель «плавает» решает ему помочь и спрашивает его: «А вы являетесь юридическим лицом?». Человек смотрит на свои петлицы, «- Нет, не являюсь». «- А генеральный прокурор Советского Союза?», «- А он – является».

То есть надо понимать, что, к сожалению, были и такие кадры, поэтому действительно присутствовал брак в их работе. Потому и была у нас построена система так, что осужденные могли, как правило, апеллировать к вышестоящей инстанции. Правда, за исключением этого самого Большого террора, когда действительно всё решалось тройками не все, а многие дела.

А в нормальных условиях дело могло перейти на следующий уровень, на областной, потом дойти до республиканского суда и до Верховного суда СССР и там зачастую дело пересматривалось и могло окончиться оправданием.

Причем, более того, наши тогдашние граждане очень любили бороться за правду, за свои права, т.е. вполне можно наблюдать в тех же документах такую, например, картину. Когда в в какой-нибудь условно говоря N-ский район поступило 35 тысяч раскулаченных сосланных кулаков и от них сразу же по прибытию поступило 30 тысяч жалоб на неправильное раскулачивание. То есть действительно люди пытались бороться за свои права и действительно часть этих жалоб (хотя и небольшая часть) была удовлетворена, то есть пересматривалась.

После того как был этот эксцесс 1937-1938 годов была, можно так сказать, массовая бериевская реабилитация, когда опять же, можно было обнаружить в газете «Правда» передовицу, где открытым текстом было написано: «Реабилитировать невинно осужденных, наказать клеветников». И там реально дела пересматривались, людей оправдывали, выпускали, восстанавливали в правах.

Но после смерти Сталина начались реабилитации, можно сказать, политические. Суть которых была в том, чтобы, с одной стороны опорочить Сталина и его тогдашних соратников, а с другой стороны – выпустить на свободу нужных людей. Поэтому первые реабилитации, которые были еще до XX съезда, были в основном связаны с громкими фигурами типа Тухачевским и его подельников. Потом пошли реабилитации более менее массовые. В Хрущевское время уже тогда под реабилитацию попали люди, которых реабилитировать не следовало, в том числе и те, кто сам организовывал эти репрессии и впоследствии был расстрелян, тоже были зачастую оправданы.

Но тут хотя бы соблюдались какие-то приличия, дела все-таки рассматривали, пересматривали. Но по большому счету, если смотреть на документы, фактически эти дела разваливали.

Возьмем, к примеру, известное дело футболистов братьев Старостиных. Как наш обыватель верит, что их посадил Берия за то, что они не хотели перейти в тбилисское «Динамо», он был этим оскорблен и устроил им такую подлянку, на самом деле, этих людей посадили за банальное воровство. Во время Великой Отечественной войны, находясь в тылу, они занимались воровством государственных средств, а также еще некоторыми махинациями. То есть, как я считаю, посадили вполне заслуженно.

Как обычно бывает, в таких делах по воровству и взяточничеству, дело строится на показаниях подсудимых и подельников. А естественно, когда при Хрущеве сказали, ребят, мы ваше дело пересмотрим, они естественно дружно от показаний отказались, сказали, что ничего такого не было и им вынесли оправдательный приговор.

Что интересно, один из подельников этих братьев в ситуации, когда достаточно сказать «я невинно осужденный», он свои показания, данные еще кровавой гэбне подтвердил. Сказал, что да, воровство было и я в нем участвовал. Такой вот глупый человек. Естественно, на это не обратили внимания и дел было развалено. Но хотя бы какое-то приличие соблюдалось.

Когда наступили времена горбачевские, яковлевские, то было сделано так: заявили, что все, осужденные тройками – автоматически невиновны и тут с точки зрения формальной, оттого, что судил такой чрезвычайный орган, может быть, да, были и те, кто пострадал незаслуженно. Но были же и те, кто заслуживал. По большому счету, их дела надо было пересмотреть по-новому. Но этого естественно делать не стали.

Дальше еще интереснее: объявили, что все осужденные по некоторым конкретным статьям автоматически невиновны вне зависимости от фактической стороны дела. Что за статья. Это статья 58 часть 10 – «антисоветская агитация», фактически означающая клевету на советский строй, на государство. Это и сейчас дело подсудное. И сейчас за это людей, немного, но все же сажают. Это дело так же подсудно, я думаю, и в подавляющем большинстве стран.

Потому что если в тех же Соединенных Штатах допустить какие-нибудь клеветнические высказывания по поводу каких-либо высших должностных лиц или в адрес государства, то за это, как ни удивительно для некоторых наших либералов, там посадят.

В современном ФРГ существует целый ряд статей: статья за оскорбление федерального президента, статья за оскорбление правительства… Так что именно за такую, скажем так, антиФРГшную клевету вполне могут посадить.

А вот сталинский СССР – это другое дело, там по логике нынешних либералов, можно было смело клеветать и все это было безнаказанно.

Д.Ю. Недопустимо, да.

Игорь Пыхалов. Потом, также автоматически, без рассмотрения дела были реабилитированы те, кто был осужден по статье «Вовлечение в совершение религиозных обрядов». Что опять же интересно, в нашей нынешней толерантной Российской Федерации аналогичная статья тоже есть – «Вовлечение в секту». Правда могут сказать, что, дескать, тогда была правильная, православная церковь, которую тогда гоняли, а здесь – сектанты. Но по сути тогда тоже по этой статье сектантов судили в советское время. Как бы неплохо смотреть по конкретным делам.

Но, получается опять же, все, кто осужден по этой статье – автоматически реабилитируются.

Дальше что интересно, у нас реабилитация в горбачевское и в ельцинское время (и в наше время) осуществляется по такому принципу – нужно в суде оспаривать отказ от реабилитации. То есть если решили реабилитировать граждан, которые якобы невинно осужденные, то это можно автоматически делать, без рассмотрения судом, а отказ от реабилитации – надо рассматривать уже в судебном порядке.

Д.Ю. Толково придумано.

Игорь Пыхалов. Получается, что с чисто формальной точки зрения, тому же следователю или работнику прокуратуры. Которому поручено рассмотрение этого дела, ему проще вынести решение о реабилитации, чем решение об отказе. Потому что вдруг здесь окажутся какие-нибудь родственники, которые подадут в суд и придется как минимум писать кучу бумажек, а кому это интересно...

Д.Ю. Ключевое – Генриха Ягоду и Колю Ежова оправдали, нет, реабилитировали?

Игорь Пыхалов. Нет.

Д.Ю. Да что ж такое-то!

Игорь Пыхалов. Здесь интересен еще какой момент. Правда, сейчас стало как-то проще и спокойнее. Во времена, когда еще был жив Александр Яковлев, наш «архитектор Перестройки», который собственно возглавлял комиссию по реабилитации, он как-то в интервью просто прямо заявил, что пока он жив, Берию не реабилитируют.

Д.Ю. С чего бы это, интересно?

Игорь Пыхалов. А это тоже очень интересно, просто как бы подумать, в принципе, отказ о реабилитации должен рассматриваться в судебном порядке и получается, что по умолчанию, до тех пор пока не состоялся суд, того же Берию нельзя объявлять преступником. Ребята, соблюдайте свои законы, в конце концов.

Если вы там либералы и за права человека, то Берия – это такой же репрессированный и пока ему не отказано в реабилитации именно с рассмотрением сути дела, вы к нему должны относиться так же, как и к другим несчастным.

А тут получается. Что Яковлев как бы вопросил свою совесть и получается, что Берия – исчадие ада, а другие люди как бы невинные.

Дальше получается что интересно, я с этим сам столкнулся, когда рассматривал архивы материалов следственных дел. Было дело о шпионаже, в нашем городе, в 1920-ые годы. Причем, двое главных обвиняемых реабилитированы не были. Несмотря на всю кампанию по реабилитации им посчитали, что приговор вынесен за дело.

Это реально финско-эстонские шпионы. Люди, которые шпионили одновременно и на Эстонию и на Финляндию. Тут не надо ёрничать, потому что это вполне нормальные реалии того времени. Эти страны были мелкие, недавно созданные и естественно, что их спецслужбы сотрудничали и кооперировались. Более того, они кооперировались и с более серьезными разведками, например, той же Англии. Поэтому, один фигурант вполне мог работать таким образом на несколько разведок.

Этих людей поймали здесь с оружием, с соответствующими документами и в итоге даже наши нынешние правоохранительные органы решили, что их посадили правильно.

Дальше еще интересней. Процесс был открытый, прошел у нас в Ленинграде (кстати, таких процессов было несколько – регулярно у нас ловили шпионов здесь в 1920-ые годы и потом судили), рассматривалось где-то человек десять или чуть больше (часть даже была оправдана, кстати, в зале суда). Часть была осуждена на мелкие сроки, как пособники (и их потом реабилитировали, потому что те, кто реабилитировал, решили, что они не знают, что помогают шпионам, они считали, что помогают каким-то контрабандистам, срока были несерьезные им дали по нескольку месяцев).

Там был один персонаж, судьба которого была довольно спорная. Он был осужден за шпионаж, причем, за шпионаж во время Гражданской войны, в пользу Финляндии, ему дали десять лет и у нас, когда его дело пересматривали (в 2004 году) решили, что его вина не доказана. И действительно, получается так, что в материалах дела там пополам на пополам (один персонаж свидетельствовал против него, сам он отрицал вину, а объективных доказательств предъявлено не было).

Но прикол в том, что сейчас мы имеем доступ к архивам Финляндии. То есть туда наших исследователей вполне пускают и там можно найти кое-что интересное. И здесь при желании вопрос можно решить самым радикальным способом, а именно – направить запрос в финский архив и спросить, ребят, а это ваш шпион или он просто мимо проходил. И тогда уже дело разрешится именно по справедливости.

А так получается – презумпция невиновности и человека реабилитировали. Может, и правильно реабилитировали, тут я не знаю. Нужно такие вещи исследовать.

Но факт в том, что у нас есть целый ряд гораздо более серьезных случаев, когда у нас человек реабилитирован, причем ряд деятелей искусств, интеллигенции, а потом обнаруживается что в тех же самых трофейных документах польской разведки, которые сейчас хранятся у нас в Москве, содержатся свидетельство того, что этот человек был завербован. Даже получал деньги от польской разведки. Но на это все плюётся, потому что кто же сейчас будет таких хороших людей оскорблять такими обвинениями.

Поэтому у нас, скажем так, реабилитация идет не по справедливости и по большому счету, не по закону. Хотя конечно, да, у нас сейчас законы о реабилитации приняты такие кривые, что я неправильно выразился, конечно да, по закону, но по закону несправедливому.

Д.Ю. Ясно.

А вот тут глава замечательная – «Подвиг» майора Пугачева». Это, по всей видимости, про художественный фильм, поставленный по рассказу Варлама Шаламова, да?

Где отважные военные, посаженные ни за что, как обычно, совершили побег… И что же там?

Игорь Пыхалов. Там ситуация такая. Здесь я скажу честно, что я писал эту главу по материалам одного магаданского исследователя, человек по фамилии Бирюков, он к сожалению сейчас уже умер. Естественно, у меня там все со ссылками, я говорю, откуда все это взял.

На самом деле ситуация была такая. Во-первых, если брать всех этих пострадавших власовцев, то надо понимать, что стандартным приговором для власовца, который не был уличен в стандартных для власовца злодеяниях, для него был приговор – 6 лет ссылки. Причем, ссылки довольно легкой – при этом, это не считалось судимостью, он мог к себе свою семью вызвать: жену, детей, они могли к нему переехать. Жили они в поселках, фактически, это довольно легкий режим. И уже при жизни Сталина их начали освобождать по отбытии срока. Более того, для жителей Западной Украины, Западной Белоруссии, Прибалтики вообще, в такой ситуации, их просто отпускали по домам.

Если в конкретных злодеяниях он не уличен, то все, гуляй – свободен, помни доброту Советской власти. Поэтому неудивительно, что сегодня у нас столько всяких бандеровцев, прибалтийских полицаев марширует каждый год на их всяких этих, скажем так, парадах.

Поэтому, если человека посадили куда-то в Магадан…

Д.Ю. На Колыму.

Игорь Пыхалов. …на Колыму, то это значит, что он как минимум уличен в серьезных преступлениях. То есть его за что-то реальное посадили. И, действительно, все эти самые «герои», которые описаны Шаламовым (там, на самом деле, этот Бирюков, смог вычислить всех этих людей, в своей книге он расписывает, как ему это удалось, то есть действительно, по ряду деталей он вышел на это дело), действительно, двенадцать человек бежали, убив несколько человек из охраны (потом во время стычек еще убили пару человек). В основном, это были бывшие бандеровцы, точнее, не бандеровцы, а украинские националисты – полицай, бандеровцы, плюс еще был один бывший военный моряк, если не ошибаюсь, по фамилии Солдатов, который был с Балтфлота и осужден за убийство милиционера.

Д.Ю. Для Варлама Шаламова это получается, несомненно, герои. Плюс, перебившие охрану, которые тоже чьи-то братья, мужья, сыновья, отцы и прочее. Это тоже подвиг, по всей видимости.

Игорь Пыхалов. Дальше они бежали героически, их дальше всех практически смогли поймать. Итог получился следующий: 12 человек бежало, несколько из них было убито в перестрелках, один пропал без вести и, скорее всего, где-то там в тундре умер (но возможно смог и убежать, неизвестно), а трех человек поймали.

А дальше начинается самое интересное. У того же Шаламова описано, что Солдатова, дескать, взяли раненным, долго лечили, а потом расстреляли. Прикол в том, что наше добренькое советское государство как раз в то время отменило смертную казнь. Поэтому, да, их могли убить при попытке к бегству. И, кстати, есть подозрение, что часть людей застрелили уже после захвата, по всей видимости, решили, что зачем такой мрази жить и я никоим образом не осуждаю тех, кто так сделал. А трех человек взяли живьем, их доставили в суд, а дальше суд не мог дать им ничего большего, чем те же самые 25 лет.

А потом уже когда начались времена Хрущева, всех этих людей выпустили на свободу. В 60-ые годы они вышли на свободу, причем, вышли еще не старыми, самому старшему из них было где-то лет 49. Вполне возможно, что кто-то из них мог завести семью и сейчас внукам рассказывает, что их дедушка невинно пострадал от Советской власти.

Д.Ю. Ключевой вопрос: где документы берете? Из чего все это складывается?

Игорь Пыхалов. Во-первых, тут часть документов собственно являются первоисточниками, потому что я ездил работать в архивы. К сожалению, для жителей нашего города это не очень просто, потому что в основном архивы в Москве находятся. Опять же, у нас существует такое обывательское мнение, что якобы у нас архивы засекречены и недоступны.

Д.Ю. Ну что-то наверное все-таки засекречено, я надеюсь.

Игорь Пыхалов. Естественно, целый ряд документов засекречен, но, тем не менее, очень многие документы сейчас вполне доступны и при этом не доступны не только для специально выбранных людей, но и просто для человека с улицы, т.е. достаточно какого-то заявления, письма с работы и дальше имеешь доступ и можешь смотреть и статистику репрессий и некоторые другие вещи.

И в принципе, я с документами работал и даже являюсь первым публикатором целого ряда документов. В частности, та же статистика репрессий, особенно, статистика заключенных она очень подробная.

Надо понимать, что ГУЛАГ и вообще система мест заключений это, в первую очередь, большая организация с многочисленным персоналом, с многочисленным контингентом, где естественно должна идти куча отчетности снизу вверх. И эта отчетность шла, причем, по тому же самому движению контингента она шла в разные годы бывало, что два раза в месяц, в другие годы – даже три раза в месяц, то есть каждую декаду. Это все там откладывалось, так что в принципе, все можно анализировать, сопоставлять. Поэтому, собственно говоря, у серьезных исследователей уже вопросов о том, сколько же у нас сидело, просто не возникает.

То есть цифры установлены. Они в десятки раз меньше, чем то, что нам вещают всякие солженицыны и эти цифры признаны даже тем же обществом «Мемориал». Потому что они вынуждены с документами считаться.

Другая группа источников – это те же самые документы, но уже опубликованные. Потому что надо все-таки отдать должное нынешней власти, хотя наши всякие либералы, демократы сделали очень много вредного, но есть все-таки некоторая польза, у нас сейчас открытость, документы публикуются. Издаются их сборники, опять же, можно изучать, сопоставлять и делать какие-то выводы.

Опять же, очень много интересного можно подчерпнуть в той же самой прессе, то есть, газетах того времени.

Например, у нас есть такая байка, которую воспроизвел тот же Резун, пишущий под псевдонимом Суворов, в одной из своих книг. О том, что якобы при Сталине у нас была жесточайшая цензура – ни о чем из как бы вредных вещей говорить было нельзя, я имею в виду катастрофы, аварии, несчастные случаи с ключевыми фигурами, все это замалчивалось (скажем так, во времена Брежнева такая картина наблюдалась, многие вещи замалчивались).

Но надо сказать, что сталинское время – было временем гласности. И если взять какую-нибудь газету, ту же самую «Ленинградскую правду» 1920-ых годов, то можно наблюдать много общего с современной прессой.

Во-первых, криминальная хроника, где-нибудь на полстраницы, где довольно подробно все расписано. Во-вторых, там была реклама, конечно не такая разнузданная, как сейчас. Ну и опять же, о многих вещах там у нас вполне говорили вслух. В том числе о каких-нибудь знаковых мероприятиях – как например, рекордный полет какого-нибудь самолета или стратостата, который, как известно, у нас в 1934 году потерпел катастрофу…

Это фактически освещалось в режиме он-лайн. То есть не так, как, скажем, при Брежневе –дождемся, когда все успешно кончится и тогда сообщим, а тут прямо все говорится – вот готовимся, вот полетело, освещаем полет, а дальше либо все кончилось хорошо, либо – ой, упал, разбился, скорбим. Т.е. это все не замалчивалось.

Опять же здесь очень многое можно подчерпнуть.

И опять же, можно подчерпнуть по поводу тех же самых шпионских процессов. Которые в те же 20-ые годы, в нашем городе велись вполне открыто, с возможностью доступа публики, то есть, очевидно, и доказательства там предъявлялись все-таки наверное не липовые. Тем более, что часть людей до сих пор неоправданные.

Такие у меня источники в основном.

Д.Ю. А это две разные книжки, одна и та же книжка?

Игорь Пыхалов. Это одна и та же книжка, просто у нас сейчас издательства тоже пытаются креативить. Вот это она была одним томом. А тут её сейчас переиздали тремя томами. То есть в принципе одно и то же, только разбита на части.

Д.Ю. Подводя итог, что могу сказать почтенной публике. Вот произведение. Произведение, с моей точки зрения, не является апологетическим. На мой взгляд, и не только на мой наверное, главная заслуга нашей Перестройки в том, что стало можно говорить про все. И смотреть на все с разных сторон.

Сначала вам рассказали про то, какой это был кровавый упырь. Если вы все хором выступаете за разнообразное освещение объекта, вот – освещение объекта, с совершенно другой стороны, базирующиеся, в отличие от воплей про «сто миллионов убитых» на документах.

Повторяю, это – не апологетика. Это – ответ на то, что вам врут десятилетиями. Кому интересна, именно – интересна, история родной страны: что происходило, как происходило и самое главное – почему.

Настоятельно рекомендую к ознакомлению. Смотреть на вещи и события под разными углами – крайне полезно для головы. Не следовать каким-то там догмам и истеричным воплям идиотов, а – смотреть с разных сторон. Как только поймешь, почему так происходит – мнение может поменяться, а как правило, меняется радикально.

Спасибо, Игорь Васильевич. Я знаю, что это у вас не единственная книжка.

Игорь Пыхалов. Да, у меня еще несколько книг есть.

Д.Ю. Предлагаю в дальнейшем обсудить и остальные.

Читайте книжки, набирайтесь знаний.

Оригинал: oper.ru/news
Скриншот



20160410-10-53-Разведопрос- Игорь Пыхалов про книгу 'Сталин без лжи'
10.04.16 10:53 Разведопрос: Игорь Пыхалов про книгу "Сталин без лжи"

Хочу поддержать исторические ролики Игоря Пыхалова!
Игорь Пыхалов. "Сталин без лжи"
pyhalov.livejournal.com

Как клевещут на Сталина. Факты против лжи о Вожде
За что сажали при Сталине. Как врут о "сталинских репрессиях"
Самые подлые мифы о Сталине. Клеветникам Вождя

Оригинал: oper.ru/video
Youtube.com Скриншот