?

Log in

No account? Create an account
Voikov

voiks


Войковский журнал

"И на обломках самовластья напишут наши имена!"


Previous Entry Share Next Entry
Историк Андрей Зубов размышляет на сайте «Открытая Россия» о корнях советской ментальности...
Voikov
voiks
V-Logo-Бульвар Гордона
«Бульвар Гордона», №17 (573) 2016, апрель | 28 Апреля, 2016
Дым отечества
Доктор исторических наук, религиовед, политолог Андрей ЗУБОВ: «Выживали те, кто ломались, — те, кто стояли прямо, гибли, поэтому мы сломленный, обузданный, взнузданный и оскопленный народ. Мы, как старый мерин, который когда-то был молодым и бодрым конем»
20160428-Историк Андрей Зубов размышляет на сайте «Открытая Россия» о корнях советской ментальности и путях декоммунизации
Историк Андрей Зубов размышляет на сайте «Открытая Россия» о корнях советской ментальности и путях декоммунизации

60 лет назад, на XX съезде КПСС, Никита Хрущев выступил с докладом «О культе личности и его последствиях», официально положив начало либерализации коммунистического режима. Что изменила десталинизация и на что она не посягнула, почему теперь Сталин оправдан и как растопить ледяную крепость, объясняет историк Анд­рей Зубов.

20160428-Историк Андрей Зубов размышляет на сайте «Открытая Россия» о корнях советской ментальности и путях декоммунизации-pic21


То, что произошло на XX съезде, было совершенно беспрецедентным событием не только в Советском Союзе, но и во всем коммунистическом мировом движении. Потому что главной осью всего коммунистического движения, поддерживаемого Советским Союзом (а там было и другое, троцкистское), конечно, являлся Сталин. Он был центром и сутью. Его методы управления, его отношение к человеку и миру — на все это равнялись люди коммунистических взглядов — и в Китае, и в Европе, и в Латинской Америке, не говоря уже о Советском Союзе.

И осуждение Сталина — впервые — демонстрация его преступлений (почти исключительно в отношении членов партии — репрессии после XVII съезда ВКП(б), «ленинградское дело» 48-го года) — вот эта информация совершенно перевернула людям мозги. Очень многие не поверили. Другие сказали, что это провокация. Третьи осудили Хрущева и сказали, что он изменник дела коммунизма. А те, кто и раньше относились к Сталину негативно или по­страдали от не­го, конечно, были в восторге.

Но в какой-то степени умные люди заметили этот процесс и раньше. Собственно говоря, процесс десталинизации начался со смерти Сталина — буквально с марта 1953 года. Потому что сначала Берия, затем, после свержения Берии, — Маленков и Хрущев начали процесс освобождения людей из лагерей, постепенного улучшения положения народа в сельском хозяйстве, крестьян-колхозников, смягчения цензуры — и прекратили раздувать культ личности Сталина буквально с первых же дней.

Еще Сталин не был похоронен, а уже сказали: хватит, не надо этих всех невероятных панегириков, этих невероятных стихов, переходим к очередным делам государственного строительства. Умные люди заметили, что эти ближайшие соратники Сталина совершенно не собираются так петь Сталину осанну, как пели ее до последнего дня его жизни. Естественно, было прекращено дело еврейских врачей и много других дел.

1956 год стал и неожиданным, и ожидаемым для тех, кто хорошо разбирался в московской политической кухне.

Как прошла десталинизация, была ли она поверхностной? Конечно, не была. Да, памятники сняли — это очень важно, из Мав­золея Сталина выкинули, но намного важнее было то, что сказали: при Сталине совершались тяжкие преступления. И многие были посмертно реабилитированы. Эти люди были в основном осуждены по 58-й статье — как те, кто действовал «враж­дебно» (как шпионы, как заговорщики, террористы), против советской власти.

Огромное количество людей, убитых Ста­линым, было реабилитировано, а те немногие, кто выжили, были реабилитированы при жизни, и масса людей вернулась. Несмотря на все невероятные ошибки Хрущева, несмотря на то, что он сам — убийца и преступник, огромное количество людей ему благодарны за то, что он дал свободу, оправдал, вернул репрессированных. И вообще — эпоха тотальных репрессий тогда прекратилась.

Не забудем, что как раз в 51-м году Сталин инициировал очередной виток репрессий, он явно вел страну к новому 37-му году, и люди, которые, даже отсидев все положенные и не положенные сроки, уже находились на поселении или на выселках где-нибудь под Москвой, за 101-м километром, — они все в 51-52-м годах были снова арестованы и отправлены в Сибирь, в очень тяжелые условия. Многие уже были немолоды и, естественно, обречены на гибель.

Практически всех, кто не погиб, сразу вернули. Хрущев, будучи сам подельником Сталина, его младшим соратником, также по локоть в крови обагрил свои руки. И, конечно, Хрущев далеко не все принял.

Больше всего говорилось о репрессиях против коммунистов, — потому что все коммунисты, включая и Хрущева, дрожали, что следующими в страшной мясорубке террора будут они.

А о простых людях, которых было в тысячи раз больше, чем коммунистов, — убитых крестьянах, рабочих, интеллигенции непартийной, священниках, людях всех религий, — они просто не вспоминали. О Голодоморе не вспоминали. О ленинских репрессиях не вспоминали. О красном терроре 18-21-го годов и первом Голодоморе 21-22-го годов — тоже. Это все было забыто. Только сталинские преступления — и в основном 1937 год.

37-й уже вошел в нашу память как некий образ, знак преступлений. И это ошибка. Еще Солженицын говорил об этой ошибке: на самом деле, террор 37-го был лишь очередным витком террора, начинавшегося в конце 17-го — начале 18-го при Ленине и закончившегося лишь со смертью Сталина в 53-м году. Естественно, он был то сильнее, то слабее, но длился весь этот период. Именно 37-й год был важен для партийных бонз, для начальников, потому что тогда много их голов слетело. Хотя в 100 раз больше пострадало простых людей, но они, естественно, помнили свое. Поэтому был осужден в первую очередь этот террор.

Сталин был осужден как человек, уничтоживший партию. Поэтому свели счеты со Сталиным — и все. С приспешниками Сталина — с тем же Молотовым — сводили счеты, потому что он был соперником Хрущева; именно это ему в первую очередь вменялось в вину, а не участие в культе личности и в сталинских репрессиях. В репрессиях обвиняли Берию, но летом 53-го он уже сидел в тюрьме.

Интересно, что Сталин был главной знаковой фигурой всей советской партийной жизни, то есть осуждение Сталина означало осуждение режима. А на это не шли. И поэтому, когда в 64-м году был снят Хрущев, — практически сразу, при Брежневе, начался период некоего обеления Cталина.

Сначала очень осторожно, потом все сильнее и сильнее. Во-первых, постоянно звучала фраза, что, несмотря на культ личности, линия партии оставалась правильной. Это стало такой мантрой большевиков. То есть оправдывалось все, кроме некоторых репрессий против партийного актива, генералитета и так далее. Во-вторых, при Брежневе постепенно стали говорить о том, что Сталин — амбивалентная фигура. Что у него есть и негативная, и положительная стороны. И положительная в первую очередь связана с обороной Советского Союза в 41-45-м годах и победой в Великой Отечественной войне.

20160428-Историк Андрей Зубов размышляет на сайте «Открытая Россия» о корнях советской ментальности и путях декоммунизации-pic22


При самом Сталине память о Великой Отечественной войне выкорчевывалась: в 46-м он распорядился прекратить праздновать День Победы. При Брежневе к 20-летию победы, в 65-м, это празднование во­зобновили. Победа явилась в первую очередь оправданием партии и Сталина как ее руководителя. Совершенно замалчивалось то, что Cталин был одним из главных разжигателей войны: и через Коминтерн, и непосредственно через пакт Молотова-Риббентропа в 39-м году, по сути, являясь союзником Гитлера.

Почему у нас так настаивают на термине «Великая Отечественная»? Потому что отделяют войну, начавшуюся в Европе 1 сентября 1939 года и в которой Сталин был союзником Гитлера против западных демократий, от войны, когда Гитлер напал на Сталина и, соответственно, тот стал противником Гитлера, ну и, волей-неволей, — союзником западных демократий и антигитлеровской коалиции. Большевикам, ком­мунистам и нынешней власти было важно, чтобы о первом периоде забыли; в советское время о нем говорили скороговоркой. Скороговоркой оправдывали пакт Молотова-Риббентропа, а его пункты о раз­деле сфер влияния в Восточной Европе были тайной: хотя их знал весь мир, их не знали в Советском Союзе.

Если проходить историю серьезно, то ясно, что невероятные жертвы Второй мировой войны, которые понес Советский Союз, — 27,5-28 миллионов человек, — вина Сталина, а не Гитлера. Сталин сговорился с Гитлером и развязал эту войну. Агрессивная политика Сталина привела к этой войне. Уничтожение генералитета Красной Армии привело к тому, что война велась неумело, из-за этого погибла масса людей, были оккупированы огромные пространства Советского Союза и так далее. Так что отношение к войне как к фетишу должно было оправдать Сталина.

20160428-Историк Андрей Зубов размышляет на сайте «Открытая Россия» о корнях советской ментальности и путях декоммунизации-pic1
Главное преступление коммунизма-большевизма-сталинизма-ленинизма: они изменили природу русского человека. Путем страшного отбора, убийства самых активных, честных, благородных, порядочных людей (или их изгнания за границу) они здесь резко ухудшили нравственное лицо народа


Сталин из моды особо и не выходил. Но сейчас он входит в нее все больше и больше. Если раньше он не был так заметен в обществе и власть стыдилась оправдывать его публично, то с момента аннексии Крыма в 2014 году началось совершенно откровенное оправдание Сталина. И оправдание советского: потому что на самом деле советское — это Сталин. Ленин правил всего несколько лет. Он совершил невероятные злодеяния, но если бы, скажем, после 23-го года советская власть исчезла, то Россия восстановилась бы и о ленинском периоде вспоминали бы как об ужасном, но кратковременном кровавом периоде гражданской войны. А именно Сталин, который правил 30 лет, с 23-го по 53-й, — именно он создал советское государство, советского человека, создал советскую ментальность и уничтожил Россию.

Если в 20-е годы существовало еще так называемое подсоветское общество, люди еще были русскими, украинцами, евреями — но несоветскими, а гражданами российского государства, волей-неволей подчинявшимися большевикам, то после смерти Сталина сложилось советское общество.

Поэтому Сталин — святая фигура для коммунистов. Если вы Сталина полностью дезавуируете, то вместе с ним полностью разоблачите советскую власть и все, что в нынешнем государстве прямым образом связано с большевизмом. Тот же КГБ, тех же людей из Коммунистической партии, занимающих сейчас какие-то важные посты. Страной управляет КГБ, а КГБ — это ведь что? Силовой механизм Коммунистической партии, репрессивный механизм.

Сталин не только символ. Если угодно, это ось, вокруг которой вращается вся нынешняя власть. Уберите ее — и все рассыплется, потому что тогда скажут: да ты же был преступник! КГБ был по уши в крови русских людей, а ты добровольно пошел туда работать, — значит, преступник! Никто же тебя туда не тащил силой. И как человек от этого отмоется? Никак. Поэтому им необходимо оправдать Сталина: тогда получается, что и преступлений никаких особо не было.

И посмотрите: вся нынешняя риторика Путина, других привластных людей — это риторика оправдания сталинизма. Недавно Путин сказал в интервью практически брежневские слова, что в целом деятельность партии в период репрессий оставалась правильной. Поэтому нынешнему оправданию Сталина я совершенно не удивляюсь.

20160428-Историк Андрей Зубов размышляет на сайте «Открытая Россия» о корнях советской ментальности и путях декоммунизации-pic23


За 25 лет у нас никто не выкорчевал Ленина. В этом смысле состояние умов не изменилось до сих пор. Сталин был выкорчеван Хрущевым в 61-м году, после XXII съезда. После этого Ленин, наоборот, занял еще больше места, чем прежде. При Брежневе, в 70-м году, пышно праздновалось столетие со дня рождения Ленина. Этот почет сохранился после конца советской власти.

Рухнул режим, все было сказано, все книги изданы, стало совершенно очевидно, что Ленин — такой же кровавый маньяк и враг России, как Сталин, только меньше правил. Ученые подсчитали, что каждый год при Ленине погибало больше людей, чем при Сталине! При Сталине в среднем в год исчезал миллион человек. А при Ленине — миллион 600 тысяч. При этом ни Ельцин, ни Путин не выбросили его из Мавзолея, не демонтировали практически ни одного его памятника, не переименовали улицы, названные его именем и именем его подельников. Мы видели: только что хотели переименовать «Войковскую» — тоже преступник, преступник в квадрате, — так можно было бы назвать «Войковскую» именем человека, который убил этого окаянного Войкова (студент Борис Коверда. — Прим. ред.). Но кто знает Коверду, русского патриота, убившего Войкова за то, что тот был красный кровавый тиран? А Войкова знают все — люди не захотели, чтобы его имя уходило.

И Ельцин, и Путин — это люди, вышедшие из сталинской-ленинской шинели. Они не забыли о Ленине и о Сталине, им об этом невозможно забыть — они остались этому верны и поэтому старались все оставить как есть. Боялись за свою власть. Боялись народа. И сейчас наконец Путин надел свою шубу — так, как он ее всегда носил в советское время. Он ее какое-то время но­сил, вывернув наизнанку, и делал из себя либерала, демократа. А теперь надел ее, как было принято, — почему он и пошел в КГБ в свое время работать. И, со­ответст­венно, тут Сталин опять становится героем.

Нынешнее возвеличивание Сталина — результат того, что у нас не прошло декоммунизации, что у нас не сменилась элита. Советская элита осталась у власти. Если мы посмотрим, кем были все лидеры, начиная с Ельцина и Горбачева, при советской власти, — мы поймем, что это обычное плавное развитие советской элиты.

Старики умирают, им на смену приходит новое поколение, но пока что это все люди, активно участвовавшие в сохранении и вос­­производстве тоталитарного коммунистического режима, построенного Лениным и Сталиным и никуда не девшегося. Своего отца-создателя они, конечно, чтут и хранят.

Помните, что первое сделал Путин, когда пришел к власти, еще когда вроде были сильны либеральные тенденции и только что похоронили с воинскими почестями государя-императора? Он восстановил на Лубянке мемориальную доску Андропова — верного сталинца, который в 70-80-е совершал невероятные преступления, создав систему психиатрических больниц с принудительным лечением для инакомыслящих, где их делали душевнобольными с помощью медикаментозного лечения и лагерей, в которых пытки применялись и прочие издевательства (не в таком масштабе, как при Сталине, но тоже ужасно, те, кто сидел, это помнят). И в память об этом человеке Путин вновь вернул мемориальную доску.

20160428-Историк Андрей Зубов размышляет на сайте «Открытая Россия» о корнях советской ментальности и путях декоммунизации-pic24


В Центральной и Восточной Европе коммунистическое преодолено, там была системная декоммунизация и открыты архивы (у нас же закрыты все архивы КГБ), свергнуты памятники, возвращена собст­венность потомков тех людей, у кого она была отобрана.

У нас сохранено все советское. Только это советское теперь распределила между собой как частную собственность бывшая советская-коммунистическая-партийная-кагэбэшная номенклатура. Они поделили то, что отобрали у всего русского народа Ленин и Сталин. Они все конфисковали, а эти народу не вернули, а между собой поделили. Поэтому понятно: для них эти фигуры — святые, главная ценность. И если сейчас Ленина уберут из Мавзолея, а про Сталина скажут все, что про него надо сказать, переименуют улицы, вернут там, где можно, собственность — вы увидите, что страна станет другой. Именно в этом главная проблема. Пока же все это сохраняется, мы останемся послесоветским государством. Но Новой Россией, открытой Россией мы не станем. И даже надеяться нечего. Без системной декоммунизации по образцу Центральной Европы у нас нет будущего. Вообще.

Ленин в Мавзолее — далеко не только символ. Не все равно, красный флаг или трехцветный, советский гимн или принципиально несоветский. Эти символы определяют жизнь. Если угодно, он как Кощеева игла: вот вы вынете ее, просто похороните Ленина в Петербурге, на Волковском кладбище рядом с матерью (не надо глумиться над телом!), — и на ваших глазах начнет разрушаться ледяная крепость, которая создалась им и Сталиным на месте России.

Конечно, надо этим не ограничиться и принимать огромное количество мер, как в Европе: системная декоммунизация предполагает правовое преемство, люстрацию, реституцию прав собственности, изменение исторической парадигмы, изменение в отношении гражданства людей, которые были вынуждены покинуть Россию, и их потомков — чтобы они могли стать опять гражданами России. Чтобы все потомки уехавших или выгнанных из России за советский период смогли стать гражданами России автоматически, по факту: у нас до сих пор этого нет, Путин сам кому-то милостиво дает российский паспорт, а большинству ничего не дает.

Разумеется, мы наблюдаем результат геноцида. В России XX век начался двумя революциями: ну какая же тут привычка к унижению! Пятый год, 17-й год... Практически все начало прошлого века было сплошной революцией с небольшими интермедиями. Еще раньше — пугачевское восстание. После смерти Николая I испугались новой пугачевщины, и из-за этого его сын Александр II стал проводить широкомасштабные реформы. Русские люди — не больше рабы, чем все остальные.

Как раз в этом и есть, может быть, главное преступление коммунизма-большевизма-сталинизма-ленинизма: они изменили природу русского человека. Путем страшного отбора, убийства самых активных, честных, благородных, порядочных людей (или их изгнанием за границу) они здесь резко ухудшили нравственное лицо народа. Выживали те, кто ломались: те, кто стояли прямо, — гибли, поэтому мы сломленный народ, и это результат советской власти. Мы обузданный, взнузданный и оскопленный народ. Мы, как старый мерин, который когда-то был молодым и бодрым конем. Мы были другими, и все это с нашим народом сделал ленинизм-сталинизм.

Сейчас задача в том, чтобы восстановить гражданское общество, возродить ответственного гражданина. Это безумно сложно; это задача, может, еще более трудная, чем декоммунизация. Но мы должны ее ставить — есть вполне конкретные способы, как это постепенно можно сделать. Кое-что уже происходит, даже без всяких государственных действий: просто в силу смены поколений, в силу того, что новые поколения уже жили в свободной России, могли ездить за границу, читать любые книги, формируется другой человек. Мы сделаем великое дело, если освободим человека от этого страшного негативного генетического отбора. Я думаю, это очень сложно, но возможно.

Это образование в широком смысле слова. Важны не только те учебники, по которым мы учимся: важно то, кто нас учит. И для школьника, и для студента самое главное — личный пример учителя. А где нам взять учителей, если учителя происходят из того же сломленного народа? Это огромная проблема. Важны и образование, полученное за границей, и опыт жизни за границей, и опыт работы в международных организациях, в заграничных структурах. Возвращение старой эмиграции и ее потомков — западных культурных людей, чтобы могли работать здесь, чтобы получили собственность, которую имели их деды-прадеды, чтобы могли заняться бизнесом, тем же преподаванием. Это создаст альтернативу советскому. В этой широкой палитре должно быть образование и воспитание в разных формах.

Есть и такая вещь, как знакомство с пре­ступлениями большевизма. С чего началась денацификация Германии? Буквально с 45-го года, как только освободили Германию от нацистов, союзники стали устраивать принудительные экскурсии в лагеря смерти, в тот же Дахау. Там показывали ужасные фильмы с горами трупов и так далее, и процесс этот идет до сих пор! О Холокосте снимают кино, ставят спектакли, пишут книги... Несколько лет назад в Германии была открыта выставка «Вермахт» — о его преступной деятельности во время войны. До сих пор многие немцы не верят этому — и постепенно воспитываются. Все это должно быть. Все мы должны освободиться от преступлений. Тогда мы действительно сможем строить новую Россию.

Оригинал: bulvar.com.ua
Скриншот
__________

См. также:
- 25.02.2016 «Сталин — это ось, вокруг которой вращается вся нынешняя власть» openrussia.org. voiks
- 03.05.2016 Доктор исторических наук, политолог Андрей ЗУБОВ: «Выживали те, кто ломались, — те, кто стояли прямо, гибли, поэтому мы сломленный, обузданный, взнузданный и оскопленный народ // www.lesovod.org.ua. Скриншот