?

Log in

No account? Create an account
Voikov

voiks


Войковский журнал

"И на обломках самовластья напишут наши имена!"


Previous Entry Share Next Entry
Препарирование истории
Voikov
voiks
V_лого-Оракул
Оракул №4 (апрель)/2016
20160418-Препарирование истории-Карта
Восемьдесят лет назад – 27 мая 1936 года – Центральный исполнительный комитет СССР принял постановление «О прекращении переименований городов, районных центров и местечек и железнодорожных станций». На мой взгляд, прекрасный повод поговорить о роли топонимов в истории.

В 1936-м «караул устал»… по-настоящему устал. Трудовые коллективы, партийные организации и просто инициативные граждане завалили высший орган государственной власти СССР бессчетным количеством просьб дать тому или иному населенному пункту новое название, соответствующее духу времени и политической ситуации. Работа ЦИК была парализована, вот и решили творчество масс малость поприжать. Поток писем сократился, но не иссяк. Особо настырные продолжили писать, но уже не в ЦИК, а лично Иосифу Виссарионовичу.

     «Тов. Сталин! Прошу Вашего указания по следующему вопросу. В течение последних полутора лет перед областными организациями ставится вопрос о переименовании города Челябинска. Это предложение высказывалось и отдельными товарищами, и на пленуме областного комитета партии, и на собраниях городского партийного актива.
«Челябинск» в переводе на русский язык означает «яма». Поэтому часто при разговорах слово «челяба» употребляется как что-то отрицательное, отсталое. Название города давно уже устарело, оно не соответствует его внутреннему содержанию.
Город за годы революции, и в особенности за годы пятилеток, коренным образом изменился. Из старого казацко-купеческого городишка превратился в крупнейший индустриальный центр.
Вот почему старое название города не соответствует сегодняшнему действительному положению. Потому мы просим Вас разрешить нам переименовать город Челябинск в город Кагановичград. Переименование хорошо бы провести на предстоящем областном съезде советов.
С коммунистическим приветом,

Рындин, 19.IX.36»


Первый секретарь Челябинского обкома и горкома ВКП(б) Кузьма Васильевич Рындин, имя которого, кстати сказать, в свое время носили около 20 колхозов, артелей и шахт Челябинской области, не мог не знать о майском постановлении ЦИК, но вот отважился же писать. Дело-то государственной важности – Кагановичград! Товарищ Сталин энтузиазма не оценил, инициативы не поддержал, кратко начертав на обращении: «Против. И. Ст.» Однако, эта резолюция уже ничего не могла изменить: столько было наворочено по части топонимики за двадцать лет советской власти. С тем же Рындиным история. Через год после помянутого письма Кузьму Васильевича арестовали – не за то, что Сталину надоедал, нет: в рамках, так скажем, общей тенденции, а еще через три месяца расстреляли – пришлось снова переименовывать те самые 20 челябинских шахт-колхозов. Не носить же им имя «врага народа». А сколько таких секретарей в СССР? Только успевай документы выправлять и атласы переиздавать.

Медведи и красногвардейцы

Справедливости ради сказать, затея с переименованиями – отнюдь не большевистское и не отечественное изобретение. Тот же город Нью-Йорк, несколько раз менял имя – в зависимости от того, кто им владел. Аналогичная история со Стамбулом.

Иногда города переименовывали безо всяких войн и революций. Взять, к примеру, нынешний Днепропетровск. Свое историческое название Екатеринослав он носил дважды: с 1776 по 1796 год и с 1802 по 1926-й. Нарекли город в честь Екатерины Великой, однако с воцарением не жаловавшего маменьку Павла I, он стал Новороссийском. После смерти Павла его сын Александр I по просьбе горожан вернул первоначальное название, которое продержалось до 1926 года, когда трудящиеся решили воздать должное земляку – видному большевику Григорию Ивановичу Петровскому. Не хочу каркать, но в свете последних событий на Украине, город, надо полагать, вскорости расстанется и с именем Григория Ивановича. И уж, разумеется, Екатеринославом не станет, тем более – Новороссийском.

Изучение географических карт разных лет -- занятие весьма увлекательное. Рассматривать их можно до бесконечности. Вот, например, вам сюжет. Город Дюшамбе (нынешний Душанбе – столица Таджикистана) в 1929 году стал Сталинабадом. В этом, конечно, ничего примечательного нет, как и в том, что в Сталинабадскую область входил Сталинабадский район, а вот список прочих районов впечатляет (все соратники вокруг вождя собрались – и мертвые, и живые): Кагановичабадский, Ворошиловабадский, Кировабадский, Куйбышевский, Микоянабадский, Молотовабадский, Орджоникидзеабадский. Кировабадский район, кстати, до 1936 года назывался Бауманабадским: Николай Эрнестович, конечно, героической личностью был, но в означенную компанию не слишком вписывался, не то, что Сергей Миронович. Понятное дело, после XX съезда КПСС и последовавшей за тем внутрипартийной борьбы многие районы были переименованы. И не в последний, заметьте, раз – очередная кампания прошла после обретения Таджикистаном независимости.

Российских примеров такого рода тоже хватает. Вот село Красногвардейское Ставропольского края. С момента основания в 1803 году оно называлось Медвежье, в 1935-м было переименовано в честь первого секретаря Северо-Кавказского крайкома, видного чекиста Ефима Георгиевича Евдокимова. В 1938-м Ефим Георгиевич был арестован, село переименовали в Молотовское. В 1957 году уже Вячеслав Михайлович «проштрафился», село стало Красногвардейским. Поскольку населенный пункт являлся административным центром сперва одноименного уезда, а затем района, переименовывали и уезд с районом. Хочется надеяться, что теперь-то эта свистопляска закончилась, хотя поручиться нельзя – красногвардейцы у нас теперь не в моде.

Часы деда

Разбираться в алгоритмах переименований можно до бесконечности, искать в них логику бесполезно. Ее там нет. Там ничего нет кроме человеческих комплексов. Главный среди которых – неуверенность в себе, рождающая неукротимое желание во что бы то ни стало сделать хоть что-то не так, как было раньше.

Мне запомнилось одно давнишнее интервью Алексея Петренко. Актера спросили – что его в жизни раздражает? Алексей Васильевич ответил: ненужные перемены. Что за страсть такая, говорит, все переделывать? Даже в магазинах. Постоянно прилавки переставляют, полки перевешивают. Хочется так: ходит человек всю жизнь в один и тот же магазин, состарился, ослеп, а все равно может найти то, что ему нужно, потому что привык, знает, где что лежит.

И мне так хочется. Хочется внуков выгуливать в том же сквере, где мама меня выгуливала, и газету читать на той же лавочке, на которой отец читал, и в ту же булочную за углом ходить, куда еще в детстве за рогаликами бегал. И не для того, чтобы ослабев глазами, дверь в нее безошибочно находить, а потому что так правильно, так должно быть. И чтобы на Остоженке родиться, и на Остоженке умереть, а не на Метростроевской. Хотя ничего против метро и его строителей я, разумеется, не имею.

Традиции, веками сложившаяся среда обитания (сюда входят и устоявшиеся топонимы) не хлам, ими нельзя бросаться. Это историческая память, это здоровое постоянство с присущей только ему могучей энергетикой. Это как часы деда на руке или бабушкина брошь на платье – те, кому посчастливилось носить, поймут, о чем я. Посему я считаю, что если теперь и переименовывать улицы, города, деревни, села, поселки, станции, то для того лишь, чтобы вернуть им исторические названия. И неважно, когда это название возникло – при «проклятом царизме» или при «совке», благозвучно оно или нет, нравится кому-то или не очень.
20160418-Препарирование истории-Журнал
Мы подошли к самой сложной теме наших рассуждений под названием «ошибки истории». Как исправляли их после революции и после того, как восторжествовала «демократия», известно. Вроде как можно было уже успокоиться. Однако до сих пор находится немало людей, причем – облеченных властью, отмеченных научными степенями и общественным признанием, стремящихся свести счеты с прошлым. Свежий пример -- попытки переименовать станцию метро «Войковская» в Москве. Дескать, Петр Войков участвовал в расстреле царской семьи.

Я не собираюсь пускаться в рассуждения о том, достоин ли Войков того, чтобы его именем называлась станция метро. Не собираюсь потому, что здесь не может быть никакого спора. «Войковская» - историческое название. Точка. Даже если предположить, что в 1964 году, когда станцию построили, наши предшественники совершили ошибку, ничего не изменится. Люди ошибаются, история – нет. В истории ничего не исправить – не погасить печей Освенцима, не остановить взлета В-29, берущего курс на Хиросиму, даже у Дантеса пистолет не отобрать. Попытки препарировать историю – игры для слабых духом. Сильные давно усвоили: что-то изменить можно только сегодня, завтра сделать это будет невозможно, потому над каждым своим шагом нужно думать. Здесь и сейчас. Работы над ошибками не предвидится.

Михаил Мамаладзе

Оракул №4 (апрель)/2016

Оригинал: www.oracle-today.ru
Скриншот Номер журнала Войковская Войков
__________

См. также:
- Рындин, Кузьма Васильевич // Википедия. Скриншот