Украина как плацдарм фашистского реванша — «Украинство…» Глава VI (1)
Часть-1 Часть-2
Украина как плацдарм фашистского реванша — «Украинство…» Глава VI
ИА Красная Весна | Коммуна «Суть времени» / ИА Красная Весна / 6 марта 2022
Украинские политики танцуют под дудку профашистских радикалов, а Запад это поддерживает. Почему? Не потому ли, что в украинском неонацистском котле вывариваются новые идеологемы, призванные затем насаждаться повсеместно?
Марш УПА (организация, деятельность которой запрещена в РФ)
В феврале 2014 года судьбу крупного европейского государства по существу решили некие, не слишком многочисленные, штурмовые отряды, превратившие массовые протесты не входивших в них людей в подчиненную этим отрядам уличную массовку.
Распаляемые беспомощностью и бессилием власти, штурмовики фактически разрушили всю существовавшую до тех пор политическую систему. Они смели не только законно избранного президента, но и пропрезидентскую партию, преобладавшую в парламенте, а также оппозиционную партию украинских коммунистов. Фактически сметена оказалась и вся политическая элита Восточной Украины, которая до выступления штурмовиков доминировала на общеукраинской политической сцене, и у которой был и свой президент, и свое парламентское партийное большинство.
Штурмовики откровенно взяли на вооружение нацистские и неонацистские идеологемы и применяли репрессии к тем, кто хоть в какой-то мере проявлял себя как несогласный с заявленными нацистскими лозунгами, критериями, ритуалами и формами политического и социального поведения. Диктату штурмовиков подчинились очень мощные региональные группы юга и юго-востока Украины, в том числе весьма влиятельные и склонные к региональному самостоянию элиты так называемой Новороссии — Одессы, Херсона, Николаева и т. д.
Конечно же, вооруженное сопротивление в Донбассе ограничило территорию беспрепятственного доминирования штурмовиков. Но слишком очевидно на сегодняшний день, что на большей части Украины штурмовики и их приспешники продолжают править бал, и что никакого возвратного движения украинского политического маятника пока ждать не приходится. Пока что те властные силы, которые в большей или меньшей степени демонстрируют, что не слились полностью со штурмовиками, не могут или не хотят положить конец их радикализму, противопоставив экстремизму нечто хотя бы минимально вменяемое.
Вместо этого украинские политические тяжеловесы, кокетливо восклицающие на публике о малой значимости штурмовиков, танцуют под дудку этих радикалов. Они восхваляют Бандеру, Шухевича, берут на вооружение идеологемы необандеровского образца, демонстрируют подходы к инакомыслию, вопиющим образом не сочетающиеся с широковещательными заявлениями о вхождении в европейскую цивилизацию.
Налицо парадоксальная ситуация, состоящая в том, что ведущей и направляющей силой в украинской политике являются именно штурмовики, не способные не только выиграть выборы, но и стать по-настоящему крупной электоральной силой.
Западное сообщество, казалось бы, должно было отреагировать на такой достаточно очевидный и очевидным образом нереспектабельный тип украинского политического существования предельно негативно. Но не тут-то было! И США, и Европа чуть ли не аплодируют происходящему на Украине, притворяясь, образно говоря, слепыми и глухими, игнорируя явную антидемократическую, нацистскую подоплеку украинского безумия.
Очевидное расхождение реальной украинской политики с тем, чего требует современный западный стиль политического, социального и культурного бытия, оно же нынешний западноцентричный миропорядок, может быть объяснено только одним. Тем, что на Украине отрабатываются какие-то новые модели всё того же западноцентричного миропорядка, весьма далекие от модели, признаваемой в наши дни североамериканскими и европейскими элитами. А значит, происходящее сегодня на Украине следует рассматривать прежде всего в контексте попыток изменения существующего миропорядка — изменения, в котором крайне заинтересован Запад.
Напомним, что основы современного миропорядка были заложены в конце Второй мировой войны на прошедшей 4–11 февраля 1945 года в Ялте конференции лидеров стран-участниц антигитлеровской коалиции — И. Сталина, У. Черчилля и Ф. Рузвельта. Победители нацизма договорились сделать гарантом будущего мира Организацию объединенных наций (ООН). Было оговорено, что основные решения принимаются в ООН лишь с согласия великих держав — постоянных членов Совета безопасности ООН: СССР, США, Великобритании, Франции и Китая.
Ялтинская конференция
Данные правила сохраняются и по сей день, преемником СССР в ООН стала Россия. И хотя США и их союзники по НАТО уже давно наносят сокрушительные удары по системе существующего миропорядка — в Югославии, Ираке, Ливии, Сирии, а теперь и на Украине, — все же основные принципы ялтинской системы, строившейся на порицании фашизма и уважении к решениям ООН, еще сохраняются. Однако очень многим хотелось бы полностью покончить с этими принципами. Недаром западные журналисты и политики в последние годы яростно поносят Ялту.
Так, 4 февраля 2015 года в крупнейшей французской газете Le Figaro вышла статья известного журналиста Жана Севильи «70 лет назад Ялта не „поделила“ мир». Севилья утверждал, что Ялтинские соглашения были всего лишь одним из этапов прискорбного строительства железного занавеса между «свободным» и коммунистическим миром.
Образчик еще одного издевательства над Ялтой появился 10 февраля того же года в крупнейшей итальянской газете La Repubblica, в статье редактора авторитетного политического журнала Limes Лучи Караччоло под названием «От мирового порядка к новому глобальному хаосу». Караччоло писал: «Прошло 70 лет с Ялтинской конференции, на которой Сталин, Рузвельт и Черчилль решили прикрыть фиговым листком Объединенных Наций раздел Европы и мира между американским Западом и советской Россией…» Далее автор предложил попытаться представить себе новую встречу в Ливадийском дворце Ялты, который Россия, конечно, быстро бы захватила: «И поскольку пока что факт превалирует над правом, <…> охрана будет поручена „зеленым человечкам“, а именно российским „спецам“ без военной формы, которые в марте прошлого года реквизировали формально украинский Крым».
4 марта 2016 года авторитетный немецкий журнал Die Zeit с опаской рассуждал о возможной неслучайности того, что осенью 2015 года на Генассамблее ООН В. Путин напомнил о Ялтинской конференции. Мол, не собираются ли Россия и США опять договориться, не нависает ли над свободным миром вновь такая чудовищная опасность?
А 13 февраля 2017 года во французском издании Ouest-France вышла статья под красноречивым названием «Россия — США. Страх новой Ялты». Автор писал: «Вот уже несколько недель, как в странах Центральной Европы это слово вернулось в обиход. В умах, в беседах. „Ялта!“ Именно там, в 1945 году, в этом курортном городе, расположенном в Крыму на берегу Черного моря, русские и американцы поделили между собой мир».
Нет и не может быть никакого ялтинского мира без России как полноценного правопреемника СССР, без России, которая признана и великой державой, и победительницей нацизма. А потому отказ от признания решающей роли России/СССР в победе над нацизмом, сопровождаемый отказом от уважительного отношения к российскому, хотя бы минимальному, геополитическому паритету, не может не приводить к фундаментальной переоценке всех ялтинских констант. Начиная с необходимости соблюдения решений СБ ООН и заканчивая отрицанием утвержденного на обломках рейхстага категорического антинацистского императива.
Не является ли наблюдаемое сегодня безразличие западных стран к пронацистским упражнениям украинских властей подкопом под немногие оставшиеся в наши дни основания ялтинского мира — включая антинацистский императив? Чем еще можно объяснить нечувствительность Запада к вопиющим выходкам нынешних ведущих украинских политиков, откровенно пересматривающих принятое Нюрнбергским трибуналом в 1946 году решение об осуждении немецкого нацизма?
Так, 8 января 2015 года в эфире немецкого телеканала ARD Арсений Яценюк заявил: «Российская военная агрессия против Украины − это посягательство на мировой порядок, и это посягательство на европейскую безопасность. Мы все хорошо с вами помним советское вторжение, как в Украину, так и в том числе − в Германию. Этого нужно избежать. И никому не позволено переписывать результаты Второй Мировой войны, что пытается сделать президент России, господин Путин».
Вдумаемся: украинский политик № 2, являвшийся на момент этого заявления премьер-министром Украины, говорит (внимание!) о советском вторжении в нацистскую Германию! Тем самым Яценюк де-факто представляет гитлеровскую Германию (не Польшу, не Прибалтику, а гитлеровскую Германию!) аж жертвой «агрессии СССР».
Казалось бы, такой беспрецедентный по лживости и деструктивности подкоп под краеугольные основания нынешнего мироустройства должен был бы вызвать реакцию хотя бы со стороны германского государства и общественности, столь долго публично каявшихся за фашизм. Но правительство Германии отказалось комментировать высказывание Яценюка, оговорив лишь, что в Берлине ни в коем случае не ставят под сомнение «ответственность Германии за гибель во Второй мировой войне советских граждан». Спустя некоторое время депутат ПАСЕ от Германии Андрей Хунко принес извинение за странную позицию своего правительства. Но, по сути, дикая выходка Яценюка осталась безнаказанной.
Западный мир — далеко не апатичен и не бесчувственен. Он умеет выдавать мощные реакции на неустраивающие его высказывания, даже когда эти высказывания куда менее вопиющие, чем заявление Яценюка о вторжении СССР в Германию. Если в данном случае западный мир такой реакции не выдает, то это означает, что налицо не апатия и бесчувственность, а нечто совсем иное. Что конечная цель западных стран не просто в том, чтобы отказать России в роли державы-победительницы фашизма, и даже не в том, чтобы уравнять фашизм и коммунизм в ответственности за Вторую мировую войну. Речь уже идет о том, чтобы обвинить только коммунизм и представить Советский Союз главным военным агрессором. Тогда Россию как правопреемницу СССР можно объявить страной-преступницей. И — начать процедуру декоммунизации, подобную послевоенной денацификации Германии, к чему давно призывает ряд европейских и американских политиков.
Так что совсем не случайно ОБСЕ еще в 2006 году приняла резолюцию, предлагающую провести международный трибунал над коммунизмом. И совсем не случайно западная система образования и западная пропаганда с малолетства так воспитывают своих граждан, что половина из них убеждена в том, что американские войска воевали в Европе с немцами и русскими и именно так победили фашизм.
Вскоре после Яценюка публичным пересмотром роли России во Второй мировой войне занялись и европейские политики — конечно, по-своему и более осторожно, чем министр бандеровского правительства, но также в высшей мере примечательным образом.
21 января 2015 года министр иностранных дел Польши Гжегож Схетына, комментируя на польском радио тот факт, что Путин не был приглашен поляками на торжества по поводу 70-летия освобождения концлагеря Освенцим, заявил: «Может, лучше сказать, что это Первый украинский фронт и украинцы освобождали? Потому что именно украинцы в те январские дни открывали ворота и освобождали лагерь».
Конечно, это высказывание, прежде всего, является вопиющим по своей безграмотности, потому что Первый украинский фронт по своему составу ничем не отличался от других фронтов и не обладал никакой особой национальной спецификой. Первый украинский фронт (бывший Воронежский) так назвали потому, что он в тот момент находился на территории Украины — и только. Но можно ли сводить реакцию на это заявление официального польского лица к иронии по поводу демонстрируемой им безграмотности?
Освенцим после освобождения. 1945
Самым шокирующим преступлением Третьего рейха были именно «фабрики смерти», и бредовое утверждение о том, что их узников освободили не советские солдаты, а некие украинцы, — это весьма далеко идущий подкоп подо всё, что связано с неотменяемой, казалось бы, благодарностью наследников этих самых узников смерти к советским солдатам-освободителям. Теперь оказывается, что благодарить надо неких украинцев… А может быть, завтра нам расскажут, что узники лагерей смерти должны быть благодарны за свое освобождение не украинцам вообще, а конкретно сторонникам Шухевича и Бандеры?
Кроме того, конечно же, любое дробление великой Победы советского народа на отдельные украинскую, русскую, казахскую и пр. «маленькие победы» может закончиться лишь отрицанием Победы, а значит и фундаментальным отказом от ялтинского мироустройства. Отказом — в пользу чего?..
Обвинив современную Россию в «преступной агрессии» на Украине, президент США Барак Обама и европейские правительства демонстративно отказались от участия в праздновании в Москве 70-летия Победы над фашизмом. По предложению президента Польши Бронислава Коморовского международное празднование годовщины окончания Второй мировой войны было перенесено из Москвы на мыс Вестерплатте под Гданьском.
Нападение на гарнизон мыса Вестерплатте ночью 1 сентября 1939 года немецкого линкора «Шлезвиг Гольштейн» считается началом Второй мировой войны. Польский гарнизон вывесил белый флаг уже через семь суток, что не мешает полякам сравнивать этот эпизод с Брестской крепостью, гарнизон которой не сдавался в течение месяца и погиб, не сдавшись. Хотя, действительно, все познается в сравнении: за те семь дней, пока Вестерплатте сопротивлялся, половина Польши уже сдалась гитлеровским войскам.
Празднование под Гданьском ожидаемо превратилось в грязный антироссийский шабаш, на котором Порошенко и Коморовский выступали главными запевалами. Общим в их речах стало уравнивание нацизма и коммунизма. При этом польский президент уделил в своем выступлении основное внимание не борьбе с гитлеровцами, а послевоенному сопротивлению СССР и партии «Солидарность». Напомним, что расположенная неподалеку от места праздника Гданьская судоверфь была одним из основных центров активности этой антисоветской организации.
Порошенко также ни в чем себе не отказывал. Он заявил, что преступления нацистов и коммунистов нашли свое продолжение в XXI веке в «российской агрессии» против Украины. От имени народа Украины, с которым воюет сегодня в Донбассе киевский режим, Порошенко поблагодарил мировых лидеров за отказ от участия в «циничном параде» в Москве, а также отметил важность для европейских стран «сохранять наше единство, как это было 70 лет назад и продолжать осуществлять давление на Россию, чтобы она выполняла Минские договоренности».
Стоп! О каком единстве, имевшим место быть 70 лет назад, может идти речь? 70 лет назад было одно единство — единство стран антигитлеровской коалиции. Но при чем тут бандеровцы, наследниками которых называют себя нынешние киевские власти?
Правда, после войны многие фашистские деятели оказались пригреты Западом, в том числе и идейные учителя нынешних киевских бандеровцев. На Западе был разработан план, согласно которому бандеризированная Украина, как бывшая часть «русского мира», должна стать той основной силой, которую двинут против России. И совершенно очевидно, что именно под эту политическую цель сегодня задним числом фальсифицируют исторические факты, пытаясь представить бывших союзников Гитлера победителями, а СССР — агрессором.
Неужто все забыли, чем закончилась предыдущая попытка объединенной Европы во главе с Третьим рейхом «осуществлять давление на Россию»? Видимо, забыли, или же помнят, но надеются на этот раз получить другой результат.
Спустя полтора года после шабаша под Гданьском украинские и польские реваншисты сделали еще один шаг на пути сплочения новой антироссийской коалиции. 20 октября 2016 года Верховная Рада Украины и сейм Польши одновременно приняли «Декларацию памяти и солидарности». В этом документе Украина и Польша представляются жертвами «имперской политики» СССР и современной России, а пакт Молотова–Риббентропа называется основной причиной начала Второй мировой войны.
В тот же день спикер Верховной Рады Андрей Парубий назвал принятую декларацию «укреплением Антипутинской коалиции». При этом очевидно, что такое «укрепление» на самом деле лишь усилит аппетиты Польши. Ведь благодаря пакту Молотова–Риббентропа бывшие польские земли — Кресы Всходни — стали территорией Западной Украины.
Чтобы точнее понять трактовку Западом темы Победы над фашизмом, рассмотрим подробнее, как ведется война с прошлым на территории постмайданной Украины. Ведь именно там сейчас «по полной программе» отрабатываются новые приемы, версии и интерпретации.
Главным органом, формирующим сегодня на Украине государственную политику в области истории и, в частности, разрабатывающим подходы к освещению истории Второй мировой войны, является «Украинский институт национальной памяти» (УИНП).
УИНП был создан в 2006 году по инициативе «оранжевого» президента Виктора Ющенко. До 2008 года УИНП имел специальный статус «органа исполнительной власти», который, помимо него, на Украине имеют государственные структуры — Антимонопольный комитет Украины, Государственная налоговая администрация, Государственная таможенная служба, Служба безопасности Украины, Фонд государственного имущества и т. д.
Владимир Вятрович
Главой УИНП на настоящий момент является Владимир Вятрович, львовский историк, бывший советник главы Службы безопасности Украины (СБУ) по научно-исследовательской работе, бывший директор Киевского отраслевого государственного архива СБУ и майданный активист. Характерно, что возглавляемый тем же Вятровичем «Центр исследования освободительного движения» (под «освободительным движением» подразумевается бандеровская ОУН-УПА (организация, деятельность которой запрещена в РФ) является членом международной «Платформы европейской памяти и совести», созданной европейскими политиками для «декоммунизации» России.
В круг задач УИНП входит:
«Организация изучения истории украинского государственного строительства, этапов борьбы за восстановление государственности и распространение данной информации в мире;
Осуществление комплекса мер по увековечению памяти жертв Украинской революции 1917–1921 годов, жертв Голодомора 1931–1933 годов, массового голода 1921–1923, 1946–1947 годов, жертв политических репрессий, а так же лиц, защищавших независимость, суверенитет и территориальную целостность Украины, в том числе и в рамках антитеррористических операций;
Подача Министру культуры предложений относительно формирования государственной политики в сфере сохранения национальной памяти и национального сознания граждан;
Популяризация роли украинского народа в борьбе против тоталитаризма;
Предоставление оценки тоталитарным режимам ХХ века на территории Украины, Голодомору 1931–1933 годов, массового голода 1921–1923, 1946–1947 годов, насильственным депортациям, политическим репрессиям, действиям организаторов и исполнителей этих преступлений;
Преодоление исторических мифов».
Концепция, на которой базируется стратегия войны современных бандеровцев с нашей историей, подробно изложена на официальном сайте УИНП в статье Александра Штоквиша «Война памятей. Образ Великой Победы как инструмент манипуляции историческим сознанием». В этой статье автор заявляет о существовании двух «непримиримых памятей» о войне — европейской и «путинско-совковой» (формулировка аутентична — прим. авт.).
В своих рассуждениях Штоквиш начинает с того, что подчеркивает ключевое значение памяти о Победе для современной России и всего постсоветского пространства: «Как считают многие современные исследователи, исчезли почти все символы гордости, связанные с СССР (Великий Октябрь, героика Гражданской войны, стахановское движение и т. д.). Только Победа в Великой Отечественной войне осталась достаточно ярким событием, которое радует сердца тех, кто ностальгирует о былом величии».
Затем Штоквиш весьма характерным образом описывает главное отличие между постсоветской («совковой») и западной памятью о Победе: «Для Западного Мира День Победы во Второй мировой войне является точкой отсчета завершения войны и наступления мира и стабильности в Европе. Мир тут понимается не только как отсутствие боевых действий, а и как примирение недавно враждующих сторон, отказ от клеймления и преследования вчерашних противников. Для современной России этот день — символ триумфа российского оружия, триумфа России как супердержавы. Этот день не отменяет войну, только означает ее переход в иное измерение — духовно-идеологическое. Образ врага не устраняется, а просто прилагается к новому объекту <…> Поэтому День Победы в данной системе координат не может быть ни Днем примирения, ни Днем скорби по погибшим, ни тем более Днем победы над тоталитаризмом. Он может быть лишь символом непримиримой, перманентной борьбы, с каким угодно вероятным врагом, может быть только способом мобилизации общества на такую борьбу, „незаживающей раной“ в сознании такого посттоталитарного общества».
О каком отказе от преследования вчерашних противников говорит автор этого заявления? Представители западных государств всегда настаивали на том, что именно их страны наиболее последовательны в преследовании нацизма, проведении денацификации, непримиримости к Холокосту, оценке расовых и иных идей нацизма как преступных, античеловеческих и антигуманных. Только радикальная часть советских консервативных историков утверждала в доперестроечную советскую эпоху, что западные страны примирились с нацистами и неонацистами, как немецкими, так и иными, чтобы противостоять СССР. И что во имя этого противостояния Запад не только простил нацизм, но и адаптировал для своих нужд часть нацистской идеологии. Теперь об этом говорит как бы прозападный господин, рассуждающий о западном миролюбии и русской воинственности. Идет ли в данном случае речь о местном бредовом украинском «самостроке» необандеровского образца — или же о подспудно формируемой мироустроительной идеологеме? Той идеологеме, согласно которой союз западных демократий и обновленного неонацизма возможен и даже необходим, коль скоро речь идет о борьбе против единого врага — теперь уже не советского, а русского «абсолютного зла»?
Но ведь очевидно, что такой союз не может сформироваться без трансформации нынешней западной — лукаво-толерантной и псевдодемократически-размягченной — идеологии! То есть без глубочайшего демонтажа всех гуманистических установок, лежавших в концептуальной основе ялтинского мира, и без формирования на обломках этих установок чего-то весьма зловещего.
Концептуальная парадигма ялтинского мира, которую сегодня остервенелым образом демонтируют, зиждилась на представлении о том, что место гуманизму есть и при коммунизме, и при капитализме, но не при фашизме. Главной мировоззренческой основой этого мира являлась сумма различных слагаемых — историко-культурных, собственно политических, философских, моральных и социальных. Сумма этих слагаемых представляла собой нечто вроде храма антинацизма. Да, определенное и достаточно важное место в данном храме занимало знаменитое высказывание о недопущении повторения ужасов фашизма: «никогда больше!» Но это высказывание можно сравнить с крышей храма, которая неоспоримо нужна, но которая не может подменять собою весь храм. Теперь же пытаются демонтировать храм, оставив вместо него одну лишь его крышу, которая в таких условиях превращается в никчемный мусор, валяющийся на обломках некогда великого здания. Целенаправленное выхолащивание мобилизационного смысла Победы, низведение великой гуманистической победительности, сочетавшейся с осознанием живучести нацистского абсолютного зла, — к скорби по погибшим и радостному наслаждению завоеванной мирной потребительской (именно потребительской, а не просто гражданской) жизнью… Разве это не обрушение храма, дополняемое весьма неубедительной демонстрацией его рухнувшей крыши, потерявшей всякий смысл в условиях подобного обрушения?
И вот теперь устами бандеровского специсторика озвучивается совсем уж новая и ущербная формула, согласно которой фашизм в принципе допустим, с ним можно и нужно мириться, и вместе с ним скорбеть по всем жертвам Второй мировой войны, не делая различия между палачами и жертвами, злодеями и героями. Эту фальшиво всеобъемлющую скорбь нужно сочетать с общей радостью по поводу пришествия мира потребления. Утопив внутри этой радости и этой скорби всё, что связано с духовной и иной мобилизацией для отпора нацистскому злу. А те, кто не хотят мириться с нацистским злом, вновь поднимающим голову и воссоздающим антигуманизм, расовое неравенство, антидемократичность, — якобы бряцающие оружием агрессоры.
Нынешние киевские власти, следуя рекомендациям, разработанным «Украинским институтом национальной памяти», последовательно реализуют политику, направленную на искоренение непримиримого советского отношения к фашизму и на внедрение «европейской памяти» о войне.
Так, на Украине, согласно инструкции УИНП, пытаются внедрить новую традицию празднования, приближенную к западной и не похожую на советскую и российскую традиции.
С 2014 года праздник Победы на Украине длится два дня, 8 и 9 мая: 8 мая на Западе отмечается как день победы над Германией по европейскому времени, то есть налицо европеизация праздничного календаря.
Вместо «путинско-совковой» гвардейской ленты в том же 2014 году УИНП предложил символ в виде стилизованного красного мака и девиз: «1939–1945. Никогда снова».
Вот она, эта крыша, бессильно и беспомощно валяющаяся на обломках рухнувшего антинацистского храма! Демонтированы все храмовые конструкции, изъята память о героях, победивших фашистов под Москвой, Сталинградом, Курском и добивших их в Берлине. Преданы забвению великие жертвы русского и советского народа, ранее признаваемые, оплакиваемые всеми, восхваляемые в конце концов хотя бы по принципу: «Боже, как вы пострадали для того, чтобы спасти нас, сокрушив фашизм».
Налицо, во-первых, желание сохранить крышу, демонтировав храм, и низвести великую трагедию и победу к восклицанию «никогда больше!», потерявшему какой-либо содержательный смысл и лишенному мобилизационной энергии. Потому что непонятно — чего «никогда больше» не должно быть? Если хотя бы организованного нацистами Холокоста, то почему это восклицание исторгают уста бандеровцев, помогавших им в его осуществлении? Так чего же не должно быть?
Во-вторых, конечно же, очевидна попытка, обнулив русскую и советскую жертву, принесенную на алтарь победы над нацизмом, стереть из памяти 22 июня 1941 года, оставив только 1 сентября 1939 года.
В-третьих, цветок мака давно используется в Европе, правда, в качестве символа памяти жертв Первой мировой войны. Но Первая мировая война не была войной света и тьмы, добра и зла. И ее символика может быть в какой-то мере сентиментально-амбивалентна. А символика победы над нацизмом такой характер иметь не должна. Как не должно быть путаницы между двумя символиками, при которой обе они теряют свое уникальное ценностное содержание, обессмысливаются, фактически взаимоуничтожаются.
В-четвертых, рассматриваемый символ, конечно же, призван вытеснить гвардейскую ленту, ставшую символом сопротивления Донбасса и русской воинской победительной чести. А заодно согреть милым сердцу каждого бандеровца сочетанием цветов — красного и черного. Эти цвета символизируют «кровь и почву» (Blut und Boden), идею взаимосвязи национального происхождения и родной земли — основополагающую константу национал-социализма.
26 ноября 2014 года Министерство образования Украины поддержало предложенную руководителем УИНП Владимиром Вятровичем рекомендацию убрать из школьных учебников истории термин «Великая Отечественная война», заменив его на «Вторая мировая война».
Окончание.
Оригинал: rossaprimavera.ru
См. также:
- Украинство — кем и зачем оно сконструировано (2017) // www.knigi.ecc.ru
Коллективная монография посвящена конструкту «Украинство».
Конструкт — это некий суррогат истории. Предметом исследования коллектива авторов была не история Украины, которая сложна, трагична, героична, запутана, а ее долгоиграющий суррогат, конструкт «Украинство» — предельно опасный, деструктивный и мощный. Возникновение этого конструкта, его основные характеристики, его последовательная трансформация, его реализация на разных исторических этапах, его перспективы — вот что находится в сфере данного исследования. В монографии представлены все ключевые моменты становления конструкта «Украинство», прослежена общая логика его эволюции, описаны современные формы его проявления и наиболее опасные тенденции его возможного развития. Для историков, политологов, социологов, философов, культурологов, специалистов в области других гуманитарных наук, а также для всех тех, кто интересуется нынешней ситуацией на Украине и хочет понять, что же там происходит.
- Метка: Украинство (книга)
Украина как плацдарм фашистского реванша — «Украинство…» Глава VI
ИА Красная Весна | Коммуна «Суть времени» / ИА Красная Весна / 6 марта 2022
Украинские политики танцуют под дудку профашистских радикалов, а Запад это поддерживает. Почему? Не потому ли, что в украинском неонацистском котле вывариваются новые идеологемы, призванные затем насаждаться повсеместно?
Марш УПА (организация, деятельность которой запрещена в РФ)
В феврале 2014 года судьбу крупного европейского государства по существу решили некие, не слишком многочисленные, штурмовые отряды, превратившие массовые протесты не входивших в них людей в подчиненную этим отрядам уличную массовку.
Распаляемые беспомощностью и бессилием власти, штурмовики фактически разрушили всю существовавшую до тех пор политическую систему. Они смели не только законно избранного президента, но и пропрезидентскую партию, преобладавшую в парламенте, а также оппозиционную партию украинских коммунистов. Фактически сметена оказалась и вся политическая элита Восточной Украины, которая до выступления штурмовиков доминировала на общеукраинской политической сцене, и у которой был и свой президент, и свое парламентское партийное большинство.
Штурмовики откровенно взяли на вооружение нацистские и неонацистские идеологемы и применяли репрессии к тем, кто хоть в какой-то мере проявлял себя как несогласный с заявленными нацистскими лозунгами, критериями, ритуалами и формами политического и социального поведения. Диктату штурмовиков подчинились очень мощные региональные группы юга и юго-востока Украины, в том числе весьма влиятельные и склонные к региональному самостоянию элиты так называемой Новороссии — Одессы, Херсона, Николаева и т. д.
Конечно же, вооруженное сопротивление в Донбассе ограничило территорию беспрепятственного доминирования штурмовиков. Но слишком очевидно на сегодняшний день, что на большей части Украины штурмовики и их приспешники продолжают править бал, и что никакого возвратного движения украинского политического маятника пока ждать не приходится. Пока что те властные силы, которые в большей или меньшей степени демонстрируют, что не слились полностью со штурмовиками, не могут или не хотят положить конец их радикализму, противопоставив экстремизму нечто хотя бы минимально вменяемое.
Вместо этого украинские политические тяжеловесы, кокетливо восклицающие на публике о малой значимости штурмовиков, танцуют под дудку этих радикалов. Они восхваляют Бандеру, Шухевича, берут на вооружение идеологемы необандеровского образца, демонстрируют подходы к инакомыслию, вопиющим образом не сочетающиеся с широковещательными заявлениями о вхождении в европейскую цивилизацию.
Налицо парадоксальная ситуация, состоящая в том, что ведущей и направляющей силой в украинской политике являются именно штурмовики, не способные не только выиграть выборы, но и стать по-настоящему крупной электоральной силой.
Западное сообщество, казалось бы, должно было отреагировать на такой достаточно очевидный и очевидным образом нереспектабельный тип украинского политического существования предельно негативно. Но не тут-то было! И США, и Европа чуть ли не аплодируют происходящему на Украине, притворяясь, образно говоря, слепыми и глухими, игнорируя явную антидемократическую, нацистскую подоплеку украинского безумия.
Очевидное расхождение реальной украинской политики с тем, чего требует современный западный стиль политического, социального и культурного бытия, оно же нынешний западноцентричный миропорядок, может быть объяснено только одним. Тем, что на Украине отрабатываются какие-то новые модели всё того же западноцентричного миропорядка, весьма далекие от модели, признаваемой в наши дни североамериканскими и европейскими элитами. А значит, происходящее сегодня на Украине следует рассматривать прежде всего в контексте попыток изменения существующего миропорядка — изменения, в котором крайне заинтересован Запад.
Напомним, что основы современного миропорядка были заложены в конце Второй мировой войны на прошедшей 4–11 февраля 1945 года в Ялте конференции лидеров стран-участниц антигитлеровской коалиции — И. Сталина, У. Черчилля и Ф. Рузвельта. Победители нацизма договорились сделать гарантом будущего мира Организацию объединенных наций (ООН). Было оговорено, что основные решения принимаются в ООН лишь с согласия великих держав — постоянных членов Совета безопасности ООН: СССР, США, Великобритании, Франции и Китая.
Ялтинская конференция
Данные правила сохраняются и по сей день, преемником СССР в ООН стала Россия. И хотя США и их союзники по НАТО уже давно наносят сокрушительные удары по системе существующего миропорядка — в Югославии, Ираке, Ливии, Сирии, а теперь и на Украине, — все же основные принципы ялтинской системы, строившейся на порицании фашизма и уважении к решениям ООН, еще сохраняются. Однако очень многим хотелось бы полностью покончить с этими принципами. Недаром западные журналисты и политики в последние годы яростно поносят Ялту.
Так, 4 февраля 2015 года в крупнейшей французской газете Le Figaro вышла статья известного журналиста Жана Севильи «70 лет назад Ялта не „поделила“ мир». Севилья утверждал, что Ялтинские соглашения были всего лишь одним из этапов прискорбного строительства железного занавеса между «свободным» и коммунистическим миром.
Образчик еще одного издевательства над Ялтой появился 10 февраля того же года в крупнейшей итальянской газете La Repubblica, в статье редактора авторитетного политического журнала Limes Лучи Караччоло под названием «От мирового порядка к новому глобальному хаосу». Караччоло писал: «Прошло 70 лет с Ялтинской конференции, на которой Сталин, Рузвельт и Черчилль решили прикрыть фиговым листком Объединенных Наций раздел Европы и мира между американским Западом и советской Россией…» Далее автор предложил попытаться представить себе новую встречу в Ливадийском дворце Ялты, который Россия, конечно, быстро бы захватила: «И поскольку пока что факт превалирует над правом, <…> охрана будет поручена „зеленым человечкам“, а именно российским „спецам“ без военной формы, которые в марте прошлого года реквизировали формально украинский Крым».
4 марта 2016 года авторитетный немецкий журнал Die Zeit с опаской рассуждал о возможной неслучайности того, что осенью 2015 года на Генассамблее ООН В. Путин напомнил о Ялтинской конференции. Мол, не собираются ли Россия и США опять договориться, не нависает ли над свободным миром вновь такая чудовищная опасность?
А 13 февраля 2017 года во французском издании Ouest-France вышла статья под красноречивым названием «Россия — США. Страх новой Ялты». Автор писал: «Вот уже несколько недель, как в странах Центральной Европы это слово вернулось в обиход. В умах, в беседах. „Ялта!“ Именно там, в 1945 году, в этом курортном городе, расположенном в Крыму на берегу Черного моря, русские и американцы поделили между собой мир».
Нет и не может быть никакого ялтинского мира без России как полноценного правопреемника СССР, без России, которая признана и великой державой, и победительницей нацизма. А потому отказ от признания решающей роли России/СССР в победе над нацизмом, сопровождаемый отказом от уважительного отношения к российскому, хотя бы минимальному, геополитическому паритету, не может не приводить к фундаментальной переоценке всех ялтинских констант. Начиная с необходимости соблюдения решений СБ ООН и заканчивая отрицанием утвержденного на обломках рейхстага категорического антинацистского императива.
Не является ли наблюдаемое сегодня безразличие западных стран к пронацистским упражнениям украинских властей подкопом под немногие оставшиеся в наши дни основания ялтинского мира — включая антинацистский императив? Чем еще можно объяснить нечувствительность Запада к вопиющим выходкам нынешних ведущих украинских политиков, откровенно пересматривающих принятое Нюрнбергским трибуналом в 1946 году решение об осуждении немецкого нацизма?
Так, 8 января 2015 года в эфире немецкого телеканала ARD Арсений Яценюк заявил: «Российская военная агрессия против Украины − это посягательство на мировой порядок, и это посягательство на европейскую безопасность. Мы все хорошо с вами помним советское вторжение, как в Украину, так и в том числе − в Германию. Этого нужно избежать. И никому не позволено переписывать результаты Второй Мировой войны, что пытается сделать президент России, господин Путин».
Вдумаемся: украинский политик № 2, являвшийся на момент этого заявления премьер-министром Украины, говорит (внимание!) о советском вторжении в нацистскую Германию! Тем самым Яценюк де-факто представляет гитлеровскую Германию (не Польшу, не Прибалтику, а гитлеровскую Германию!) аж жертвой «агрессии СССР».
Казалось бы, такой беспрецедентный по лживости и деструктивности подкоп под краеугольные основания нынешнего мироустройства должен был бы вызвать реакцию хотя бы со стороны германского государства и общественности, столь долго публично каявшихся за фашизм. Но правительство Германии отказалось комментировать высказывание Яценюка, оговорив лишь, что в Берлине ни в коем случае не ставят под сомнение «ответственность Германии за гибель во Второй мировой войне советских граждан». Спустя некоторое время депутат ПАСЕ от Германии Андрей Хунко принес извинение за странную позицию своего правительства. Но, по сути, дикая выходка Яценюка осталась безнаказанной.
Западный мир — далеко не апатичен и не бесчувственен. Он умеет выдавать мощные реакции на неустраивающие его высказывания, даже когда эти высказывания куда менее вопиющие, чем заявление Яценюка о вторжении СССР в Германию. Если в данном случае западный мир такой реакции не выдает, то это означает, что налицо не апатия и бесчувственность, а нечто совсем иное. Что конечная цель западных стран не просто в том, чтобы отказать России в роли державы-победительницы фашизма, и даже не в том, чтобы уравнять фашизм и коммунизм в ответственности за Вторую мировую войну. Речь уже идет о том, чтобы обвинить только коммунизм и представить Советский Союз главным военным агрессором. Тогда Россию как правопреемницу СССР можно объявить страной-преступницей. И — начать процедуру декоммунизации, подобную послевоенной денацификации Германии, к чему давно призывает ряд европейских и американских политиков.
Так что совсем не случайно ОБСЕ еще в 2006 году приняла резолюцию, предлагающую провести международный трибунал над коммунизмом. И совсем не случайно западная система образования и западная пропаганда с малолетства так воспитывают своих граждан, что половина из них убеждена в том, что американские войска воевали в Европе с немцами и русскими и именно так победили фашизм.
Вскоре после Яценюка публичным пересмотром роли России во Второй мировой войне занялись и европейские политики — конечно, по-своему и более осторожно, чем министр бандеровского правительства, но также в высшей мере примечательным образом.
21 января 2015 года министр иностранных дел Польши Гжегож Схетына, комментируя на польском радио тот факт, что Путин не был приглашен поляками на торжества по поводу 70-летия освобождения концлагеря Освенцим, заявил: «Может, лучше сказать, что это Первый украинский фронт и украинцы освобождали? Потому что именно украинцы в те январские дни открывали ворота и освобождали лагерь».
Конечно, это высказывание, прежде всего, является вопиющим по своей безграмотности, потому что Первый украинский фронт по своему составу ничем не отличался от других фронтов и не обладал никакой особой национальной спецификой. Первый украинский фронт (бывший Воронежский) так назвали потому, что он в тот момент находился на территории Украины — и только. Но можно ли сводить реакцию на это заявление официального польского лица к иронии по поводу демонстрируемой им безграмотности?
Освенцим после освобождения. 1945
Самым шокирующим преступлением Третьего рейха были именно «фабрики смерти», и бредовое утверждение о том, что их узников освободили не советские солдаты, а некие украинцы, — это весьма далеко идущий подкоп подо всё, что связано с неотменяемой, казалось бы, благодарностью наследников этих самых узников смерти к советским солдатам-освободителям. Теперь оказывается, что благодарить надо неких украинцев… А может быть, завтра нам расскажут, что узники лагерей смерти должны быть благодарны за свое освобождение не украинцам вообще, а конкретно сторонникам Шухевича и Бандеры?
Кроме того, конечно же, любое дробление великой Победы советского народа на отдельные украинскую, русскую, казахскую и пр. «маленькие победы» может закончиться лишь отрицанием Победы, а значит и фундаментальным отказом от ялтинского мироустройства. Отказом — в пользу чего?..
Обвинив современную Россию в «преступной агрессии» на Украине, президент США Барак Обама и европейские правительства демонстративно отказались от участия в праздновании в Москве 70-летия Победы над фашизмом. По предложению президента Польши Бронислава Коморовского международное празднование годовщины окончания Второй мировой войны было перенесено из Москвы на мыс Вестерплатте под Гданьском.
Гитлер на Вестерплатте — немецкая пропагандистская открытка. Рядом с Гитлером стоит с картой капитан Густав Кляйнкамп, командир корабля «Шлезвиг-Гольштейн». 1939
Нападение на гарнизон мыса Вестерплатте ночью 1 сентября 1939 года немецкого линкора «Шлезвиг Гольштейн» считается началом Второй мировой войны. Польский гарнизон вывесил белый флаг уже через семь суток, что не мешает полякам сравнивать этот эпизод с Брестской крепостью, гарнизон которой не сдавался в течение месяца и погиб, не сдавшись. Хотя, действительно, все познается в сравнении: за те семь дней, пока Вестерплатте сопротивлялся, половина Польши уже сдалась гитлеровским войскам.
Празднование под Гданьском ожидаемо превратилось в грязный антироссийский шабаш, на котором Порошенко и Коморовский выступали главными запевалами. Общим в их речах стало уравнивание нацизма и коммунизма. При этом польский президент уделил в своем выступлении основное внимание не борьбе с гитлеровцами, а послевоенному сопротивлению СССР и партии «Солидарность». Напомним, что расположенная неподалеку от места праздника Гданьская судоверфь была одним из основных центров активности этой антисоветской организации.
Порошенко также ни в чем себе не отказывал. Он заявил, что преступления нацистов и коммунистов нашли свое продолжение в XXI веке в «российской агрессии» против Украины. От имени народа Украины, с которым воюет сегодня в Донбассе киевский режим, Порошенко поблагодарил мировых лидеров за отказ от участия в «циничном параде» в Москве, а также отметил важность для европейских стран «сохранять наше единство, как это было 70 лет назад и продолжать осуществлять давление на Россию, чтобы она выполняла Минские договоренности».
Стоп! О каком единстве, имевшим место быть 70 лет назад, может идти речь? 70 лет назад было одно единство — единство стран антигитлеровской коалиции. Но при чем тут бандеровцы, наследниками которых называют себя нынешние киевские власти?
Правда, после войны многие фашистские деятели оказались пригреты Западом, в том числе и идейные учителя нынешних киевских бандеровцев. На Западе был разработан план, согласно которому бандеризированная Украина, как бывшая часть «русского мира», должна стать той основной силой, которую двинут против России. И совершенно очевидно, что именно под эту политическую цель сегодня задним числом фальсифицируют исторические факты, пытаясь представить бывших союзников Гитлера победителями, а СССР — агрессором.
Неужто все забыли, чем закончилась предыдущая попытка объединенной Европы во главе с Третьим рейхом «осуществлять давление на Россию»? Видимо, забыли, или же помнят, но надеются на этот раз получить другой результат.
Спустя полтора года после шабаша под Гданьском украинские и польские реваншисты сделали еще один шаг на пути сплочения новой антироссийской коалиции. 20 октября 2016 года Верховная Рада Украины и сейм Польши одновременно приняли «Декларацию памяти и солидарности». В этом документе Украина и Польша представляются жертвами «имперской политики» СССР и современной России, а пакт Молотова–Риббентропа называется основной причиной начала Второй мировой войны.
В тот же день спикер Верховной Рады Андрей Парубий назвал принятую декларацию «укреплением Антипутинской коалиции». При этом очевидно, что такое «укрепление» на самом деле лишь усилит аппетиты Польши. Ведь благодаря пакту Молотова–Риббентропа бывшие польские земли — Кресы Всходни — стали территорией Западной Украины.
Чтобы точнее понять трактовку Западом темы Победы над фашизмом, рассмотрим подробнее, как ведется война с прошлым на территории постмайданной Украины. Ведь именно там сейчас «по полной программе» отрабатываются новые приемы, версии и интерпретации.
Главным органом, формирующим сегодня на Украине государственную политику в области истории и, в частности, разрабатывающим подходы к освещению истории Второй мировой войны, является «Украинский институт национальной памяти» (УИНП).
УИНП был создан в 2006 году по инициативе «оранжевого» президента Виктора Ющенко. До 2008 года УИНП имел специальный статус «органа исполнительной власти», который, помимо него, на Украине имеют государственные структуры — Антимонопольный комитет Украины, Государственная налоговая администрация, Государственная таможенная служба, Служба безопасности Украины, Фонд государственного имущества и т. д.
Владимир Вятрович
Главой УИНП на настоящий момент является Владимир Вятрович, львовский историк, бывший советник главы Службы безопасности Украины (СБУ) по научно-исследовательской работе, бывший директор Киевского отраслевого государственного архива СБУ и майданный активист. Характерно, что возглавляемый тем же Вятровичем «Центр исследования освободительного движения» (под «освободительным движением» подразумевается бандеровская ОУН-УПА (организация, деятельность которой запрещена в РФ) является членом международной «Платформы европейской памяти и совести», созданной европейскими политиками для «декоммунизации» России.
В круг задач УИНП входит:
«Организация изучения истории украинского государственного строительства, этапов борьбы за восстановление государственности и распространение данной информации в мире;
Осуществление комплекса мер по увековечению памяти жертв Украинской революции 1917–1921 годов, жертв Голодомора 1931–1933 годов, массового голода 1921–1923, 1946–1947 годов, жертв политических репрессий, а так же лиц, защищавших независимость, суверенитет и территориальную целостность Украины, в том числе и в рамках антитеррористических операций;
Подача Министру культуры предложений относительно формирования государственной политики в сфере сохранения национальной памяти и национального сознания граждан;
Популяризация роли украинского народа в борьбе против тоталитаризма;
Предоставление оценки тоталитарным режимам ХХ века на территории Украины, Голодомору 1931–1933 годов, массового голода 1921–1923, 1946–1947 годов, насильственным депортациям, политическим репрессиям, действиям организаторов и исполнителей этих преступлений;
Преодоление исторических мифов».
Концепция, на которой базируется стратегия войны современных бандеровцев с нашей историей, подробно изложена на официальном сайте УИНП в статье Александра Штоквиша «Война памятей. Образ Великой Победы как инструмент манипуляции историческим сознанием». В этой статье автор заявляет о существовании двух «непримиримых памятей» о войне — европейской и «путинско-совковой» (формулировка аутентична — прим. авт.).
В своих рассуждениях Штоквиш начинает с того, что подчеркивает ключевое значение памяти о Победе для современной России и всего постсоветского пространства: «Как считают многие современные исследователи, исчезли почти все символы гордости, связанные с СССР (Великий Октябрь, героика Гражданской войны, стахановское движение и т. д.). Только Победа в Великой Отечественной войне осталась достаточно ярким событием, которое радует сердца тех, кто ностальгирует о былом величии».
Затем Штоквиш весьма характерным образом описывает главное отличие между постсоветской («совковой») и западной памятью о Победе: «Для Западного Мира День Победы во Второй мировой войне является точкой отсчета завершения войны и наступления мира и стабильности в Европе. Мир тут понимается не только как отсутствие боевых действий, а и как примирение недавно враждующих сторон, отказ от клеймления и преследования вчерашних противников. Для современной России этот день — символ триумфа российского оружия, триумфа России как супердержавы. Этот день не отменяет войну, только означает ее переход в иное измерение — духовно-идеологическое. Образ врага не устраняется, а просто прилагается к новому объекту <…> Поэтому День Победы в данной системе координат не может быть ни Днем примирения, ни Днем скорби по погибшим, ни тем более Днем победы над тоталитаризмом. Он может быть лишь символом непримиримой, перманентной борьбы, с каким угодно вероятным врагом, может быть только способом мобилизации общества на такую борьбу, „незаживающей раной“ в сознании такого посттоталитарного общества».
О каком отказе от преследования вчерашних противников говорит автор этого заявления? Представители западных государств всегда настаивали на том, что именно их страны наиболее последовательны в преследовании нацизма, проведении денацификации, непримиримости к Холокосту, оценке расовых и иных идей нацизма как преступных, античеловеческих и антигуманных. Только радикальная часть советских консервативных историков утверждала в доперестроечную советскую эпоху, что западные страны примирились с нацистами и неонацистами, как немецкими, так и иными, чтобы противостоять СССР. И что во имя этого противостояния Запад не только простил нацизм, но и адаптировал для своих нужд часть нацистской идеологии. Теперь об этом говорит как бы прозападный господин, рассуждающий о западном миролюбии и русской воинственности. Идет ли в данном случае речь о местном бредовом украинском «самостроке» необандеровского образца — или же о подспудно формируемой мироустроительной идеологеме? Той идеологеме, согласно которой союз западных демократий и обновленного неонацизма возможен и даже необходим, коль скоро речь идет о борьбе против единого врага — теперь уже не советского, а русского «абсолютного зла»?
Но ведь очевидно, что такой союз не может сформироваться без трансформации нынешней западной — лукаво-толерантной и псевдодемократически-размягченной — идеологии! То есть без глубочайшего демонтажа всех гуманистических установок, лежавших в концептуальной основе ялтинского мира, и без формирования на обломках этих установок чего-то весьма зловещего.
Концептуальная парадигма ялтинского мира, которую сегодня остервенелым образом демонтируют, зиждилась на представлении о том, что место гуманизму есть и при коммунизме, и при капитализме, но не при фашизме. Главной мировоззренческой основой этого мира являлась сумма различных слагаемых — историко-культурных, собственно политических, философских, моральных и социальных. Сумма этих слагаемых представляла собой нечто вроде храма антинацизма. Да, определенное и достаточно важное место в данном храме занимало знаменитое высказывание о недопущении повторения ужасов фашизма: «никогда больше!» Но это высказывание можно сравнить с крышей храма, которая неоспоримо нужна, но которая не может подменять собою весь храм. Теперь же пытаются демонтировать храм, оставив вместо него одну лишь его крышу, которая в таких условиях превращается в никчемный мусор, валяющийся на обломках некогда великого здания. Целенаправленное выхолащивание мобилизационного смысла Победы, низведение великой гуманистической победительности, сочетавшейся с осознанием живучести нацистского абсолютного зла, — к скорби по погибшим и радостному наслаждению завоеванной мирной потребительской (именно потребительской, а не просто гражданской) жизнью… Разве это не обрушение храма, дополняемое весьма неубедительной демонстрацией его рухнувшей крыши, потерявшей всякий смысл в условиях подобного обрушения?
И вот теперь устами бандеровского специсторика озвучивается совсем уж новая и ущербная формула, согласно которой фашизм в принципе допустим, с ним можно и нужно мириться, и вместе с ним скорбеть по всем жертвам Второй мировой войны, не делая различия между палачами и жертвами, злодеями и героями. Эту фальшиво всеобъемлющую скорбь нужно сочетать с общей радостью по поводу пришествия мира потребления. Утопив внутри этой радости и этой скорби всё, что связано с духовной и иной мобилизацией для отпора нацистскому злу. А те, кто не хотят мириться с нацистским злом, вновь поднимающим голову и воссоздающим антигуманизм, расовое неравенство, антидемократичность, — якобы бряцающие оружием агрессоры.
Нынешние киевские власти, следуя рекомендациям, разработанным «Украинским институтом национальной памяти», последовательно реализуют политику, направленную на искоренение непримиримого советского отношения к фашизму и на внедрение «европейской памяти» о войне.
Так, на Украине, согласно инструкции УИНП, пытаются внедрить новую традицию празднования, приближенную к западной и не похожую на советскую и российскую традиции.
С 2014 года праздник Победы на Украине длится два дня, 8 и 9 мая: 8 мая на Западе отмечается как день победы над Германией по европейскому времени, то есть налицо европеизация праздничного календаря.
Вместо «путинско-совковой» гвардейской ленты в том же 2014 году УИНП предложил символ в виде стилизованного красного мака и девиз: «1939–1945. Никогда снова».
Вот она, эта крыша, бессильно и беспомощно валяющаяся на обломках рухнувшего антинацистского храма! Демонтированы все храмовые конструкции, изъята память о героях, победивших фашистов под Москвой, Сталинградом, Курском и добивших их в Берлине. Преданы забвению великие жертвы русского и советского народа, ранее признаваемые, оплакиваемые всеми, восхваляемые в конце концов хотя бы по принципу: «Боже, как вы пострадали для того, чтобы спасти нас, сокрушив фашизм».
Налицо, во-первых, желание сохранить крышу, демонтировав храм, и низвести великую трагедию и победу к восклицанию «никогда больше!», потерявшему какой-либо содержательный смысл и лишенному мобилизационной энергии. Потому что непонятно — чего «никогда больше» не должно быть? Если хотя бы организованного нацистами Холокоста, то почему это восклицание исторгают уста бандеровцев, помогавших им в его осуществлении? Так чего же не должно быть?
Во-вторых, конечно же, очевидна попытка, обнулив русскую и советскую жертву, принесенную на алтарь победы над нацизмом, стереть из памяти 22 июня 1941 года, оставив только 1 сентября 1939 года.
В-третьих, цветок мака давно используется в Европе, правда, в качестве символа памяти жертв Первой мировой войны. Но Первая мировая война не была войной света и тьмы, добра и зла. И ее символика может быть в какой-то мере сентиментально-амбивалентна. А символика победы над нацизмом такой характер иметь не должна. Как не должно быть путаницы между двумя символиками, при которой обе они теряют свое уникальное ценностное содержание, обессмысливаются, фактически взаимоуничтожаются.
В-четвертых, рассматриваемый символ, конечно же, призван вытеснить гвардейскую ленту, ставшую символом сопротивления Донбасса и русской воинской победительной чести. А заодно согреть милым сердцу каждого бандеровца сочетанием цветов — красного и черного. Эти цвета символизируют «кровь и почву» (Blut und Boden), идею взаимосвязи национального происхождения и родной земли — основополагающую константу национал-социализма.
26 ноября 2014 года Министерство образования Украины поддержало предложенную руководителем УИНП Владимиром Вятровичем рекомендацию убрать из школьных учебников истории термин «Великая Отечественная война», заменив его на «Вторая мировая война».
Окончание.
Оригинал: rossaprimavera.ru
См. также:
- Украинство — кем и зачем оно сконструировано (2017) // www.knigi.ecc.ru
Коллективная монография посвящена конструкту «Украинство».
Конструкт — это некий суррогат истории. Предметом исследования коллектива авторов была не история Украины, которая сложна, трагична, героична, запутана, а ее долгоиграющий суррогат, конструкт «Украинство» — предельно опасный, деструктивный и мощный. Возникновение этого конструкта, его основные характеристики, его последовательная трансформация, его реализация на разных исторических этапах, его перспективы — вот что находится в сфере данного исследования. В монографии представлены все ключевые моменты становления конструкта «Украинство», прослежена общая логика его эволюции, описаны современные формы его проявления и наиболее опасные тенденции его возможного развития. Для историков, политологов, социологов, философов, культурологов, специалистов в области других гуманитарных наук, а также для всех тех, кто интересуется нынешней ситуацией на Украине и хочет понять, что же там происходит.
- Метка: Украинство (книга)