Солженицына: уважать историю – значит помнить и хорошее, и плохое
РИА Новости | 30.10.2018 20:36
Солженицына: уважать историю – значит помнить и хорошее, и плохое
© Анастасия Кончаковская
МОСКВА, 30 окт — РИА Новости. В День памяти жертв политических репрессий Наталья Солженицына пришла почтить память невинно убитых и возложить цветы к "Стене скорби".
"Надо уважать свою историю, а уважать историю — значит помнить и хорошее, и плохое", — сказала она.
По словам вдовы знаменитого писателя, история — как дорожная карта, на которой обозначены все важнейшие события.
"Если вы идете каким-то путем по карте, на которой ничего не обозначено — где яма, где поворот, где великая Победа, — вы ничего не знаете и идете как слепой", — подчеркнула Солженицына.
По ее словам, важно, что появился такой памятник, куда любой человек может прийти и почтить память репрессированных.
Наталья Солженицына возлагает цветы к монументу «Стена скорби», посвященному жертвам политических репрессий. © Анастасия Кончаковская
"Пока у нас не было всеобщего национального памятника нашим неправедно погубленным людям, было стыдно. То, что мы год назад поставили такой памятник, лично для меня просто счастье. Я, например, не знаю, где могила деда, ее найти невозможно. Теперь есть место, куда я могу прийти и его вспомнить", — рассказала она.
Репрессии не обошли стороной практически никого, вспоминает Наталья Дмитриевна. В классе, где она училась, было 52 девочки, и почти у каждой отец либо погиб на фронте, либо был репрессирован. Ее папа был убит на войне, а дед попал в лагерь.
"Когда я была маленькая, мы возили с бабушкой посылки в лагерь — собирали непортящиеся продукты. Это был целый ритуал: зашивали посылку в мешок, чернильным карандашом писали адрес, ехали за 100 километров от Москвы отправить", — вспоминает Солженицына.
Позже выяснилось, что он давно был мертв, но семье об этом никто не сообщил.
Оригинал: ria.ru
Скриншот Заголовок
РИА Новости | 30.10.2018 15:34
"Колокол памяти": как в Москве вспоминают жертв политических репрессий
© Александра Агранат
МОСКВА, 30 окт — РИА Новости. 30 октября в России отмечается День памяти жертв политических репрессий. Многочисленные акции проходят по всей стране, одна из них — "Колокол памяти" — в Москве, Московской, Ленинградской, Свердловской и Магаданской областях, а также Краснодарском крае. Это мероприятие организовано Фондом памяти и Музеем истории ГУЛАГа.
В столице акция проходит у "Стены скорби" — мемориал жертвам политических репрессий был открыт ровно год назад на пересечении проспекта Академика Сахарова и Садового кольца. Он состоит из множества безликих человеческих фигур. Ко времени начала акции, в 10 утра, у подножия уже появились первые цветы и зажженные лампады.
На небольших столах в стороне от мемориала все желающие могут взять лампады, выпить горячего чая или кофе — сегодняшний день выдался обманчиво солнечным и уже по-зимнему морозным. Тем не менее люди продолжают приходить: кто-то кладет цветы и уходит, кто-то задерживается у мемориала, общается с другими пришедшими.
— Я сделала на них запрос.
— Да, главное — искать, — рокот негромких голосов звучал об одном и том же.
Колокол памяти
В этом году скульптурную композицию дополнил символический колокол в виде рельса:
"В 5 часов утра, как всегда, пробило подъем — молотком об рельс у штабного барака", — так начинается повесть Александра Солженицына "Один день Ивана Денисовича". Таким же металлическим звоном начинался для заключенных каждый день.
Цветы и зажженные лампады у монумента Стена скорби
Цветы и зажженные лампады у монумента "Стена скорби". © Александра Агранат
Организаторы акции рассказали, что сегодня в знак памяти все желающие смогут ударить в "колокол" специальным металлическим валом. Люди, возложившие цветы и лампады, по очереди подходили к монументу и ударяли валом о рельс: кто-то громко, трижды, быстро, звучно; чьи-то удары были скромными, и этот звон вплетался в минорную музыку, которая как бы укрывала площадь от внешнего шума толпящихся на Садовом автомобилей.
Я здесь, чтобы помнить
Еще одна часть скульптурной композиции — бронзовые скрижали, расположенные с двух сторон от основного монумента. На них рукописные буквы на разных языках складываются в молитву, состоящую из одного слова: "Помни".
"Я здесь, потому что, во-первых, у меня отец был расстрелян. В память о нем. Во-вторых, потому что надо, чтобы люди помнили об этом и знали. <…> Надо очень много рассказывать молодежи о том, что было", — говорит пожилая женщина, и ей будут так или иначе вторить все, кто пришел сюда сегодня почтить память ушедших и еще раз подчеркнуть необходимость помнить — для тех, кто остался.
Варвара пришла к монументу с двумя детьми. На вопрос, почему семья сегодня здесь, она ответила, что пока у детей каникулы и есть свободное время, можно им рассказать об истории, показать памятник, который появился в городе не так давно.
"Мы пришли отдать дань памяти", — заключает Варвара.
Женщина перед монументом "Стена скорби". © Александра Агранат
К монументу подходит мужчина. Возложив цветы, он делает шаг назад, останавливается и быстро крестится, а потом утирает глаза широкой ладонью. То и дело раздаются удары валом о рельс — люди продолжают подходить и возвещать о памяти и скорби.
"У меня в 37 году был репрессирован дедушка. Я его разыскивал много лет. Нашел, но только память о нем", — рассказывает Владимир Иванович.
Репрессии затронули миллионы людей по всей стране, и большинство тех, кто приходит сегодня к мемориалу, говорят о близких, в чьи дома пришла эта беда.
"Я здесь, потому что у меня несколько репрессированных в семье. Трое погибли, двоих расстреляли, одна умерла в лагере. Надо помнить всех своих родственников, которые погибли в это время, и вспоминать, может быть, даже тех, кого мы сейчас не знаем. Нужно, чтобы люди искали архивы, выясняли судьбы своих родных", — говорит Наталья.
Площадь перед монументом быстро пересекает седой мужчина. Он кладет цветы, аккуратно поправляет их и тут же уходит — многочисленные репортеры даже не успевают задать ему ни одного вопроса. Говорить тяжело сегодня всем.
От мемориала отходит маленькая, хрупкого сложения старушка. Она не сразу расслышала вопрос — жестом просит наклониться и повторить ей на ухо. Тихим вкрадчивым голосом она четко произносит:
"Я репрессированная. У меня папа…", — на этом ее рассказ обрывается.
Женщина прячет воспаленные от слез глаза, суетливо разворачивает носовой платок, вытирает слезы. Еще несколько секунд, и она дает понять, что дальше рассказать не сможет, и не спеша уходит с площади. Кажется, будто этот факт, произнесенный вслух, снова вскрывает старые раны, которые затянулись, но все равно не заживут до конца. Как и память об этих страшных событиях останется неизгладимой.
"Это тяжелый день просто оттого, что мы вспомнили, какое количество людей погибло. Это такая память, бесконечно действующая на чувства", — говорит Татьяна Андреевна, которая тоже в этот день пришла возложить цветы, вспоминая репрессированных близких.
"Колокол памяти" в Москве не смолкнет в течение всего дня, с 10.00 до 22.00.
Оригинал: ria.ru
Скриншот
См. также:
- 30.10.2018 Солженицына: уважать историю – значит помнить и хорошее, и плохое // news2world.net
МОСКВА, 30 октября В День памяти жертв общественно-политических репрессий Наталья Солженицына пришла удостоить память невинно убитых и возложить цветы к Стене скорби.
Надо чтить свою историю, а уважать историю значит помнить и хорошее, и плохое, сказала она. По словам вдовы знаменитого писателя, история как дорожная карта, на которой предъявленным все важнейшие события. Если вы идете каким-то путем по карте, на которой ничего не обозначено , где яма, где поворот, где великая Победа, вы ничего не знаете и идете как слепой, подчеркнула Солженицына. По ее словам, важно, что появился такой памятник, куда милой человек может прийти и почтить память репрессированных.
Пока у нас не было всеобщего национального обелиска нашим неправедно погубленным людям, было стыдно. То, что мы год назад заказали такой памятник, лично для меня просто счастье. Я, например, не знаю, где могила деда, ее найти невозможно. Теперь есть место, куда я могу прийти и его вспомнить, рассказала она.
Репрессии не обошли местностью практически никого, вспоминает Наталья Дмитриевна. В классе, где она училась, находилось 52 девочки, и почти у каждой отец либо был убил на фронте, либо был репрессирован. Ее папа был убит на войне, а дед попал в лагерь.
Когда я была маленькая, мы подвозили с бабушкой посылки в лагерь собирали непортящиеся исходы. Это был целый ритуал: зашивали посылку в мешок, чернильным карандашом писали домицилий, ехали за 100 километров от Москвы отправить, вспоминает Солженицына. Позже выяснилось, что он давно был мертв, но семье об этом никто не сообщил.
- 07.12.2010 Наталья Солженицына: В «Архипелаге» нет ни одного слова от меня // sobesednik.ru www.solzhenitsyn.ru web.archive.org webcache.googleusercontent.com www.peoples.ru voiks
«Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына по инициативе Владимира Путина и вдовы писателя Натальи Дмитриевны включен в школьную программу. Одно «но»: школьникам в руки он попадет в сокращенном варианте. Три тома ужали в один. Наталья Солженицына рассказала «Собеседнику» о том, как решилась на такой шаг. <...>
– Вам не кажется, что школьное образование стало упрощенным в разделе истории и литературы? Дети не знают, кто такой Ленин, когда началась Великая Отечественная война. А уж о ГУЛАГе в их сознании и вовсе полная каша.
– Да только ли образование школьное упрощено? Беда нашего времени – страна не знает, как понимать свою историю. Люди расколоты. В каждом историческом периоде можно найти хорошее, и о нем надо помнить и говорить, но это не значит, что надо замалчивать и то плохое и страшное, что в нем было. Будь то эпоха Ивана Грозного, Петра Первого или Сталина. Нужно знать правду о своей истории. И только в этом случае мы не будем уподобляться человеку, беспечно топающему вперед с повязкой на глазах.
Самая главная сейчас беда, что вообще сокращают часы на гуманитарные дисциплины, сокращают часы на литературу, что, по-моему, катастрофично. Ни в одной стране мира нет такого пренебрежения к собственной литературе. Позор!
- 14.10.2021 «Когда арестовали папу, мне было 2 года». Сад памяти для жертв ГУЛАГа // istpamyat.ru voiks
Во внутреннем дворе Музея истории ГУЛАГа открылся новый мемориальный объект. Это Сад Памяти. Для его создания понадобилось десять лет, ведь нужно было привезти растения и камни из экспедиций в разные регионы, где прежде располагались лагеря и были места ссылок. Часть деревьев и кустарников посажена членами семей репрессированных. <...>
На церемонии открытия Сада сын Александра Солженицына Ермолай Солженицын поделился размышлениями об исторической памяти: Параллели памяти о павших на войне и памяти о павших в ГУЛАГе очень прямые, совпадающие во времени.
– Начинать со слов благодарности сегодня уместно. Благодарности тем, кто вообще продолжает говорить о тех событиях, которым посвящен музей, о ГУЛАГе. Это далеко не просто. Это точно не тема номер один для общественности, для СМИ и для государства, но это очень важно. Память о массовых репрессиях – это ничуть не менее важная память и важная глава нашей истории, чем, например, о намного чаще вспоминаемых в наше время жертвах тех, кто воевал. Мне кажется, что параллели памяти о павших на войне и памяти о павших в ГУЛАГе очень прямые, совпадающие во времени. Они в чем-то, несомненно, совершенно разные, а в чем-то очень похожие. Кстати, недавно вышел фильм Глеба Панфилова «Иван Денисович». Фильм снят по мотивам, это не экранизация повести. Режиссер сделал то, чего у моего отца не было в тексте. Почти наполовину фильм показывает войну. Сначала Иван Денисович на фронте, а потом попадает в лагерь. И вот эта симметрия нашей подлинной истории очень сильно показана в том фильме. Между тем у нас в стране есть сейчас перекос. Одно мы активно помним, даже, может быть, чего не было, не помним, а другое мы активно забываем. Конечно, такой дисбаланс должен поменяться. История всегда видна лучше на расстоянии. Расстояние, конечно, уже большое, но, очевидно, еще недостаточное. Но огонь этой памяти все равно теплится. Хорошо, что по территории Сада Памяти расставлены светильники с горящими свечами. Я очень надеюсь, что придет время, когда не только в единичных местах в стране будут такие светильники памяти. Они должны быть подобны тем, которые сейчас мы видим в любой деревне, в любом селе, в любом уголке страны. Это маленькие памятники погибшим на войне. Однако были еще погибшие в те же годы, но в других местах.
