История ОСО НКВД СССР, как диагноз нашей историографии. Часть 8
Части: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8
p_balaev | 29.08.2021 19:09
История ОСО НКВД СССР, как диагноз нашей историографии. Часть 8
Представьте, что вы в войну сотрудник «Смерша» и прихватили вражеского диверсанта-радиста. Вам нужно срочно включить его в радио-игру, пока ситуация живая. Если он на связь не выйдет в обусловленное время, то абвер начнет подозревать провал. Что вы ему будете предлагать в обмен на сотрудничество: «Признайся и окажи помощь, тебе в трибунале зачтется»?
Диверсант может признаться и работать с тобой, а может ответить:
- Начальник, что там в трибунале зачтется – еще неизвестно. Ты дураков в другом месте ищи. Так и так меня расстреляете, только зря за рацией напрягаться буду.
Вот зачем такой риск? Тебе нужно, чтобы этот враг получил от тебя твердые гарантии сохранения жизни. А для этого у тебя и твоего руководства должны быть соответствующие полномочия, а не обещания, что трибунал пойдет на смягчение приговора. Больше того, тебе этого перевербованного еще надо на заседания трибунала таскать, возить его по местности, населенной людьми, среди которых могут быть контролеры абвера? Зачем?
Чего проще показать этому радисту-диверсанту выписку из Постановления ГКО, которым начальнику твоей спецслужбы дано право самому выносить наказание таким лицам и определен потолок наказания – 8 лет. Или 10 – неважно сколько. Но такой, чтобы не расстрел и не четвертак, что равно расстрелу, только растянутому на 25 лет. Почему не расстрел? Потому что вербуемый тебе ответит:
- Ага, щас! Я оттарабаню на тебя, а потом твое руководство пересмотрит свой приговор и меня шлепнут.
Понимаете, если в мирное время несудебные полномочия для оперативных подразделений, хоть в виде штрафа, дают большие возможности и необходимы в работе, то уж в военное время – подавно!
Поэтому, когда в 1938 году Берия распустил «тройки НКВД», он всё равно-оставил за чекистами возможность направлять дела в ОСО, только контроль за этими делами ужесточился. Берия оставил эту важную возможность использовать несудебные полномочия в оперативной работе. Дел-то рассматривало ОСО всего по тысяче с копейками в год, массовых операций уже не проводилось, другого смысла в существовании ОСО не было. Но 5 лет было мало для условий военного времени, по такой санкции большинство дел 58-ой были просто неподсудны Особому совещанию. Санкции за преступления в военное время перешагивали этот порог.
Берия не мог не воспользоваться возможностями, которые давал Государственный Комитет Обороны в этом плане. Отличие Постановлений ГКО от Постановлений ЦИК или ВС СССР были в том, что для вступления их в силу не требовалось опубликования. Декреты ЦИК 20-х годов, которым введен порядок вступления в силу Указов и Постановлений, не касался ГКО. Это был чрезвычайный орган военного времени. Поэтому ГКО мог издавать даже секретные постановления. А вот выписки из секретного документа могут быть секретными, если содержат секретную информацию и нескретными, если секретной информации не содержат. В секретном документе, к вашему сведению, не вся информация всегда секретная.
Поэтому ГКО мог издать такое Постановление:
«В связи с оперативной необходимостью в условиях военного времени предоставить Особому совещанию при наркоме НКВД СССР право применять к лицам, признаваемым общественно-опасными заключение в исправительно-трудовые лагеря на срок до 8 лет». (Или до 10 – неважно)
Больше вообще ничего могло не быть в этом Постановлении. Это мог быть его полный текст. И он мог быть только совершенно секретным. Почему, да потому что «в связи с оперативной необходимостью» - сразу становится понятным, что приговоры, вынесенные ОСО, касаются лиц, по которым у органов возникла оперативная необходимость, т.е. в отношении информаторов, агентуры.
И уже из этого Постановления нужна выписка Берии в ее несекретном виде: «…предоставить Особому совещанию при наркоме НКВД СССР право применять к лицам, признаваемым общественно-опасными заключение в исправительно-трудовые лагеря на срок до 8 лет», чтобы ее размножить и направить во все особые отделы. В этой выписке секретного ничего нет. И Калинину нужна такая же выписка на случай, если кто-то из осужденных обратится в Президиум ВС СССР с жалобой, что его ОСО неправомерно приговорило, а весь текст в Президиуме не нужен, не для чего информировать Верховный Совет, что Постановление ГКО издано для облегчения вербовок. И Прокурору СССР нужна эта выписка для надзора и прокурорам не надо знать, для каких целей издано Постановление.
Наверняка и Солженицыну особисты показали эту выписку, когда он стал их умолять не направлять его дело на рассмотрение в трибунал:
- Ладно, шкура, пожалеем тебя. В ОСО твое дело направим, а ты прямо сейчас пиши подписку, что будешь барабанить, как пионер-барабанщик в пионерском лагере, а кличка твоя, бздун, будет «Ветров».
- А ОСО меня к расстрелу не того…?
- Вот тебе выписка из Постановления ГКО – у ОСО максимум полномочий на 8 лет. Не ссы, гнида.
Конечно, это Постановление нужно было обязательно из архивного дела выдрать с корнем и вместо него вложить наспех сочиненную фальшивку дикого вида. Оставлять его нельзя было, в случае его рассекречивания и выставления на публику вся наша диссидентская шваль, осужденная во время войны и после нее Особым совещанием, оказалась бы в весьма в щекотливом положении, на подозрении в работе на органы в качестве агентов.
Но это, разумеется, только мои предположения. Факт же заключается в том, что во-первых, никакой необходимости Особому совещанию давать расстрельные права не было от слова совсем – с расстрелами трибуналы прекрасно справлялись. Во-вторых, все архивные документы, изображающие этот несудебный орган в кровавом виде, ни в какой экспертизе не нуждаются. Сами тексты этих «архивных» документов до предела глупы и бессмысленны. В-третьих, осужденный Особым совещанием «совесть нации» сам признался в том, что он был завербован. В-четвертых… Я не могу подобрать печатных слов, чтобы охарактеризовать тех наших левых историков, которые согласились с тем, что в СССР несудебные органы имели расстрельные полномочия, данные им вот такими документами, которые лежат в архивах об Особом совещании.
Оригинал: p-balaev.livejournal.com
См. также:
- Петр Григорьевич Балаев. Пролетарии всех стран соединяйтесь! Сборник статей 2016-2019 // coollib.com
Экономико-идеологическая проституция и «Сталинская модель»
Самое поразительное, что творится в современной экономической школе России…
Нет, «самое поразительное» — это не точное определение главного направления работы наших «экономистов». Давайте, я назову их деятельность теми словами, которые они заслужили. Продажные, лживые пропагандисты, называющие себя экономистами, обслуживая интересы российского капитала, занялись масштабной деятельностью по «изучению» «сталинской экономической модели» с целью дезориентировать русский народ, который начал все чаще произносить слова «Сталина на вас, суки, нет!».
В современной российской «экономической» школе действуют три главных направления, которые выполняют одну задачу, хотя на публике представители каждого из них изображают из себя непримиримых антагонистов, показушно грызутся в телевизорах, блогах, на страницах своих газет и книг:
— так называемые «либералы», которые «сталинскую модель» представляют в виде сплошного, на всю страну, каторжного лагеря, в котором рабы за паек и трудодни горбатятся на строительстве «пирамид»;
— так называемые «патриоты», рисующие шизофреничные планы по внедрению принципов «сталинской модели» в современное российское хозяйство, втюхивающие в мозги людей идею, что всякие «измы» нужно отбросить и заниматься, «как Сталин», прагматизмом;
— и «совкодрочеры» (более точного названия для этой категории лиц подобрать нельзя) — эти брежневскую модель, унылое государственно-капиталистическое, переходное к частнособственническому, гнильё, представляют как продолжение государства Ленина-Сталина.
И хотя все вместе они действуют согласовано, в тесной связке, спонсируются из одного центра, о чем красноречиво свидетельствует их совместное присутствие на телеканалах подконтрольного олигархическому режиму телевидения, идеологическая опасность деятельности этих ссученных тварей обратно пропорциональна тому порядку, в котором я их перечислил. <...> Артели. Принципиально от колхозов они ничем не отличаются, просто работали не в сфере сельскохозяйственного производства. Переработка, мелкотоварное производство — вот изначально сфера их деятельности. И они, так же, как и колхозы были серьезным тормозом для развития государства. Сталин об этом прямо и говорил. Эти предприятия расширяли сферу товарного обращения, что для социалистической экономики, движущейся к коммунизму, было принципиально неудобно. А без товарного обращения их невозможно было включить в общий контур. Общенародная (государственная) и общественная (колхозная, артельная) собственности — это два разных вида собственности, они не могут взаимодействовать без товарного обращения между собой. Но вместо того, чтобы бороться и изживать общественную собственность, сталинская власть делала абсолютно обратное — поддерживала и развивала. С. Е. Кургиняна в Политбюро не было же, некому было объяснить товарищам, что сначала нужно «человека будущего» воспитать, а потом уже коммунизм строить начинать. Ленин со Сталиным, не зная «Сути времени», кинулись строить коммунизм с невоспитанным быдлом. Они людей знали и любили, поэтому не ломали психологию человека через колено, а давали ему возможность вырасти от «мелкобуржуя» до общенародного собственника поэтапно, через артель и колхоз. Если человеку себя хозяином заводов осознать сразу тяжело, то пусть он идет к этому через плотницкую артель, привыкает артельные топоры считать своей собственностью. <...>
Сложите всё, что я написал о СССР времен Сталина и сами прикиньте — сколько процентов населения РФ согласится жить в такой стране, где вопрос СОБСТВЕННОСТИ, решенный по-большевистски, сделал людей хозяевами Отечества? Я даже не говорю о наемных работниках — рабочих, инженерах, врачах, учителях, полиции… Даже предприниматели — вот они согласятся жить в такой стране? Они готовы променять кризис на кризисе, да давление имеющих административный ресурс конкурентов на сталинские условия?
Вот то-то же. Правда о настоящем СССР и настоящем социализме для капитала смертельна, поэтому и финансируется вся мразота, которая выдумала «мобилизационную экономику» и прочую чушь собачью. Поэтому они так старательно обходят «измы». Поэтому они не могут вам сказать, что суть «сталинской модели» — это передача СОБСТВЕННОСТИ в руки народа. А Госплан, колхозы, индустриализация и прочее — только производное. Производное, вытекающее из логики превращения государственной собственности в общенародную.
Что, всё слишком просто? А Сталин — гений. Поэтому у него модель гениальна. А гениальное сложным быть не может. Иначе, словоблуд Кургинян, занятый усложнением марксизма, гениальнее Сталина. <...>
О Коммунистическом Движении имени «Антипартийной группы 1957 г.»
Мы сейчас о другом, о сугубо «мещанском». Материальном. Вот Кургинян придумал, что когда Хрущев объявил о намерении догнать и перегнать Америку по уровню потребления, то коммунизм стал «колбасным». Вместо чистой и светлой идеи — гнусная колбаса с чесноком. Странно, что члены «Сути времени» с радостью эту кургиняновскую антикоммунистическую подлость заглотили. Им достаточно было взять материалы предвоенных сталинских съездов, прочесть в них речи Сталина, чтобы назвать своего фюрера козлом.
Задачи догнать и обогнать Америку ставились задолго до Хрущева. Сталиным, как это ни странно. Хрущев только дискредитировал социализм, побежав от Америки, в плане роста потребления, в обратную сторону.
p_balaev | 29.08.2021 19:09История ОСО НКВД СССР, как диагноз нашей историографии. Часть 8
Представьте, что вы в войну сотрудник «Смерша» и прихватили вражеского диверсанта-радиста. Вам нужно срочно включить его в радио-игру, пока ситуация живая. Если он на связь не выйдет в обусловленное время, то абвер начнет подозревать провал. Что вы ему будете предлагать в обмен на сотрудничество: «Признайся и окажи помощь, тебе в трибунале зачтется»?
Диверсант может признаться и работать с тобой, а может ответить:
- Начальник, что там в трибунале зачтется – еще неизвестно. Ты дураков в другом месте ищи. Так и так меня расстреляете, только зря за рацией напрягаться буду.
Вот зачем такой риск? Тебе нужно, чтобы этот враг получил от тебя твердые гарантии сохранения жизни. А для этого у тебя и твоего руководства должны быть соответствующие полномочия, а не обещания, что трибунал пойдет на смягчение приговора. Больше того, тебе этого перевербованного еще надо на заседания трибунала таскать, возить его по местности, населенной людьми, среди которых могут быть контролеры абвера? Зачем?
Чего проще показать этому радисту-диверсанту выписку из Постановления ГКО, которым начальнику твоей спецслужбы дано право самому выносить наказание таким лицам и определен потолок наказания – 8 лет. Или 10 – неважно сколько. Но такой, чтобы не расстрел и не четвертак, что равно расстрелу, только растянутому на 25 лет. Почему не расстрел? Потому что вербуемый тебе ответит:
- Ага, щас! Я оттарабаню на тебя, а потом твое руководство пересмотрит свой приговор и меня шлепнут.
Понимаете, если в мирное время несудебные полномочия для оперативных подразделений, хоть в виде штрафа, дают большие возможности и необходимы в работе, то уж в военное время – подавно!
Поэтому, когда в 1938 году Берия распустил «тройки НКВД», он всё равно-оставил за чекистами возможность направлять дела в ОСО, только контроль за этими делами ужесточился. Берия оставил эту важную возможность использовать несудебные полномочия в оперативной работе. Дел-то рассматривало ОСО всего по тысяче с копейками в год, массовых операций уже не проводилось, другого смысла в существовании ОСО не было. Но 5 лет было мало для условий военного времени, по такой санкции большинство дел 58-ой были просто неподсудны Особому совещанию. Санкции за преступления в военное время перешагивали этот порог.
Берия не мог не воспользоваться возможностями, которые давал Государственный Комитет Обороны в этом плане. Отличие Постановлений ГКО от Постановлений ЦИК или ВС СССР были в том, что для вступления их в силу не требовалось опубликования. Декреты ЦИК 20-х годов, которым введен порядок вступления в силу Указов и Постановлений, не касался ГКО. Это был чрезвычайный орган военного времени. Поэтому ГКО мог издавать даже секретные постановления. А вот выписки из секретного документа могут быть секретными, если содержат секретную информацию и нескретными, если секретной информации не содержат. В секретном документе, к вашему сведению, не вся информация всегда секретная.
Поэтому ГКО мог издать такое Постановление:
«В связи с оперативной необходимостью в условиях военного времени предоставить Особому совещанию при наркоме НКВД СССР право применять к лицам, признаваемым общественно-опасными заключение в исправительно-трудовые лагеря на срок до 8 лет». (Или до 10 – неважно)
Больше вообще ничего могло не быть в этом Постановлении. Это мог быть его полный текст. И он мог быть только совершенно секретным. Почему, да потому что «в связи с оперативной необходимостью» - сразу становится понятным, что приговоры, вынесенные ОСО, касаются лиц, по которым у органов возникла оперативная необходимость, т.е. в отношении информаторов, агентуры.
И уже из этого Постановления нужна выписка Берии в ее несекретном виде: «…предоставить Особому совещанию при наркоме НКВД СССР право применять к лицам, признаваемым общественно-опасными заключение в исправительно-трудовые лагеря на срок до 8 лет», чтобы ее размножить и направить во все особые отделы. В этой выписке секретного ничего нет. И Калинину нужна такая же выписка на случай, если кто-то из осужденных обратится в Президиум ВС СССР с жалобой, что его ОСО неправомерно приговорило, а весь текст в Президиуме не нужен, не для чего информировать Верховный Совет, что Постановление ГКО издано для облегчения вербовок. И Прокурору СССР нужна эта выписка для надзора и прокурорам не надо знать, для каких целей издано Постановление.
Наверняка и Солженицыну особисты показали эту выписку, когда он стал их умолять не направлять его дело на рассмотрение в трибунал:
- Ладно, шкура, пожалеем тебя. В ОСО твое дело направим, а ты прямо сейчас пиши подписку, что будешь барабанить, как пионер-барабанщик в пионерском лагере, а кличка твоя, бздун, будет «Ветров».
- А ОСО меня к расстрелу не того…?
- Вот тебе выписка из Постановления ГКО – у ОСО максимум полномочий на 8 лет. Не ссы, гнида.
Конечно, это Постановление нужно было обязательно из архивного дела выдрать с корнем и вместо него вложить наспех сочиненную фальшивку дикого вида. Оставлять его нельзя было, в случае его рассекречивания и выставления на публику вся наша диссидентская шваль, осужденная во время войны и после нее Особым совещанием, оказалась бы в весьма в щекотливом положении, на подозрении в работе на органы в качестве агентов.
Но это, разумеется, только мои предположения. Факт же заключается в том, что во-первых, никакой необходимости Особому совещанию давать расстрельные права не было от слова совсем – с расстрелами трибуналы прекрасно справлялись. Во-вторых, все архивные документы, изображающие этот несудебный орган в кровавом виде, ни в какой экспертизе не нуждаются. Сами тексты этих «архивных» документов до предела глупы и бессмысленны. В-третьих, осужденный Особым совещанием «совесть нации» сам признался в том, что он был завербован. В-четвертых… Я не могу подобрать печатных слов, чтобы охарактеризовать тех наших левых историков, которые согласились с тем, что в СССР несудебные органы имели расстрельные полномочия, данные им вот такими документами, которые лежат в архивах об Особом совещании.
Оригинал: p-balaev.livejournal.com
См. также:
- Петр Григорьевич Балаев. Пролетарии всех стран соединяйтесь! Сборник статей 2016-2019 // coollib.com
Экономико-идеологическая проституция и «Сталинская модель»
Самое поразительное, что творится в современной экономической школе России…
Нет, «самое поразительное» — это не точное определение главного направления работы наших «экономистов». Давайте, я назову их деятельность теми словами, которые они заслужили. Продажные, лживые пропагандисты, называющие себя экономистами, обслуживая интересы российского капитала, занялись масштабной деятельностью по «изучению» «сталинской экономической модели» с целью дезориентировать русский народ, который начал все чаще произносить слова «Сталина на вас, суки, нет!».
В современной российской «экономической» школе действуют три главных направления, которые выполняют одну задачу, хотя на публике представители каждого из них изображают из себя непримиримых антагонистов, показушно грызутся в телевизорах, блогах, на страницах своих газет и книг:
— так называемые «либералы», которые «сталинскую модель» представляют в виде сплошного, на всю страну, каторжного лагеря, в котором рабы за паек и трудодни горбатятся на строительстве «пирамид»;
— так называемые «патриоты», рисующие шизофреничные планы по внедрению принципов «сталинской модели» в современное российское хозяйство, втюхивающие в мозги людей идею, что всякие «измы» нужно отбросить и заниматься, «как Сталин», прагматизмом;
— и «совкодрочеры» (более точного названия для этой категории лиц подобрать нельзя) — эти брежневскую модель, унылое государственно-капиталистическое, переходное к частнособственническому, гнильё, представляют как продолжение государства Ленина-Сталина.
И хотя все вместе они действуют согласовано, в тесной связке, спонсируются из одного центра, о чем красноречиво свидетельствует их совместное присутствие на телеканалах подконтрольного олигархическому режиму телевидения, идеологическая опасность деятельности этих ссученных тварей обратно пропорциональна тому порядку, в котором я их перечислил. <...> Артели. Принципиально от колхозов они ничем не отличаются, просто работали не в сфере сельскохозяйственного производства. Переработка, мелкотоварное производство — вот изначально сфера их деятельности. И они, так же, как и колхозы были серьезным тормозом для развития государства. Сталин об этом прямо и говорил. Эти предприятия расширяли сферу товарного обращения, что для социалистической экономики, движущейся к коммунизму, было принципиально неудобно. А без товарного обращения их невозможно было включить в общий контур. Общенародная (государственная) и общественная (колхозная, артельная) собственности — это два разных вида собственности, они не могут взаимодействовать без товарного обращения между собой. Но вместо того, чтобы бороться и изживать общественную собственность, сталинская власть делала абсолютно обратное — поддерживала и развивала. С. Е. Кургиняна в Политбюро не было же, некому было объяснить товарищам, что сначала нужно «человека будущего» воспитать, а потом уже коммунизм строить начинать. Ленин со Сталиным, не зная «Сути времени», кинулись строить коммунизм с невоспитанным быдлом. Они людей знали и любили, поэтому не ломали психологию человека через колено, а давали ему возможность вырасти от «мелкобуржуя» до общенародного собственника поэтапно, через артель и колхоз. Если человеку себя хозяином заводов осознать сразу тяжело, то пусть он идет к этому через плотницкую артель, привыкает артельные топоры считать своей собственностью. <...>
Сложите всё, что я написал о СССР времен Сталина и сами прикиньте — сколько процентов населения РФ согласится жить в такой стране, где вопрос СОБСТВЕННОСТИ, решенный по-большевистски, сделал людей хозяевами Отечества? Я даже не говорю о наемных работниках — рабочих, инженерах, врачах, учителях, полиции… Даже предприниматели — вот они согласятся жить в такой стране? Они готовы променять кризис на кризисе, да давление имеющих административный ресурс конкурентов на сталинские условия?
Вот то-то же. Правда о настоящем СССР и настоящем социализме для капитала смертельна, поэтому и финансируется вся мразота, которая выдумала «мобилизационную экономику» и прочую чушь собачью. Поэтому они так старательно обходят «измы». Поэтому они не могут вам сказать, что суть «сталинской модели» — это передача СОБСТВЕННОСТИ в руки народа. А Госплан, колхозы, индустриализация и прочее — только производное. Производное, вытекающее из логики превращения государственной собственности в общенародную.
Что, всё слишком просто? А Сталин — гений. Поэтому у него модель гениальна. А гениальное сложным быть не может. Иначе, словоблуд Кургинян, занятый усложнением марксизма, гениальнее Сталина. <...>
О Коммунистическом Движении имени «Антипартийной группы 1957 г.»
Мы сейчас о другом, о сугубо «мещанском». Материальном. Вот Кургинян придумал, что когда Хрущев объявил о намерении догнать и перегнать Америку по уровню потребления, то коммунизм стал «колбасным». Вместо чистой и светлой идеи — гнусная колбаса с чесноком. Странно, что члены «Сути времени» с радостью эту кургиняновскую антикоммунистическую подлость заглотили. Им достаточно было взять материалы предвоенных сталинских съездов, прочесть в них речи Сталина, чтобы назвать своего фюрера козлом.
Задачи догнать и обогнать Америку ставились задолго до Хрущева. Сталиным, как это ни странно. Хрущев только дискредитировал социализм, побежав от Америки, в плане роста потребления, в обратную сторону.